Двойник Короля 6

Слишком много магии я сегодня потратил, слишком много всего случилось. Но нужно было идти, впереди ждут новые проблемы, требующие решения.

* * *Глиняный скорпикоз в серой зоне

Лахтина смогла повернуться, только когда человек… Павел скрылся из виду. Её массивное тело сотрясала мелкая дрожь — от унижения, от бессилия, от страха. Чувства, которые она не испытывала уже несколько столетий.

Королева медленно приблизилась к водяному медведю. Каждое движение отдавалось болью — последствия его силы всё ещё отзывались в сегментах панциря.

Она склонилась над спящим монстром, разглядывая мощное тело. Весьма редкий экземпляр для мест, откуда скорпикоз родом. На её землях такие встречаются только в самых глубоких водах.

Память услужливо подкинула картину из прошлого — бой с одним из представителей рода водяных медведей. Тогда она была молодой, самоуверенной… и проиграла. Унизительное поражение стало первым шагом к тому, чтобы стать Щанамах-Морха Лахтина Архичэшлюа. Каждый из её титулов был оплачен кровью врагов.

«Почему?» — вопрос пульсировал в сознании, не давая покоя. Человек, рискующий жизнью ради монстра… Это не укладывалось в её картине мира. Люди убивают, используют, но не защищают. Не спасают! Не относятся как к… детям?

«И почему он считает тебя милым?» — её голос «прозвучал» растерянно, совсем не по-королевски.

Медведь во сне что-то проворчал, почти как человеческий детёныш. Невероятно! Ей никто не поверит, расскажи она об этом. Да и кому рассказывать? Лахтина заперта здесь, в этой проклятой серой зоне.

А его просьба поделиться ядом… От одного воспоминания чешуя встала дыбом. Этот наглец даже не понимал, что требует! Для её народа это священный ритуал создания пары. Только избранные могут разделить яд, связав свои жизни навечно."

"Абсурд! Чтобы она, Первая из Жалящих, Величайшая Скорбь Глупцов, разделила яд с человеком? С двуногой обезьяной⁈ Отец обещал её Повелителю Песчаных Бурь, сильнейшему из вида. Какой позор падёт на род, узнай кто об этом!

Именно поэтому первым порывом было убить Павла.

Растерзать, уничтожить саму память о таком оскорблении. Но он… Он даже не понял угрозы. Смотрел с тем же спокойным превосходством, что и её отец когда-то.

А потом его голос… Лахтина задрожала, вспоминая тот момент. Сила, древняя, как сам мир, затопила её сознание. Она не могла сопротивляться, не хотела сопротивляться. Готова была отдать всё, лишь бы слышать его голос…

«Сила создателя», — даже мысль казалась кощунственной.