Тем временем я двигался дальше, позволяя зрению переключаться между своими глазами и маленькими глазками монстров. Через паучка, забравшегося на высокий пучок травы, увидел нечто странное в паре километров к востоку. Движение. Много движения.
— Так, а это что у нас? — переключился полностью на зрение твари.
Интересно-то как… Достаточно дерзко и нагло. Что там было в задании? Захват, диверсия и реальная задача? Почему бы всё не соединить?
Улыбнулся. Сместился в сторону и нашёл бледного Николая, который с трудом переставлял ноги, пробираясь через высокую траву.
— Господин, это ваша магия меня ведёт? — прошептал он.
— Угу, — кивнул я. — Слушай, есть одна великолепная идея. Провернём её, и считай, что ты прошёл.
— Павел Александрович, — уставился на меня Коля. — Что вы задумали?
* * *Журавлёв сидел в своём кабинете, перебирая донесения. Его прервал стук в дверь, и в помещение ввалился Зубилов — тот самый рыжий, которого я чуть не задушил в первый день. Лицо вошедшего выражало такое потрясение, словно он увидел призрака.
— Господин лейтенант! — Зубилов вытянулся по стойке смирно, но в его голосе звучало нескрываемое возбуждение.
— Ну, докладывай, — вздохнул Журавлёв, откладывая бумаги.
Старший сержант молчал несколько секунд, словно не решаясь начать. Его руки, обычно твёрдые, как камень, слегка подрагивали. И он затараторил, выдал почти всё на одном дыхании. Вот только Журавлёв ни черта не понял.
— Так, ещё раз, — поморщился лейтенант.
— Повтори!
— Мы с Бобром рассредоточились, ждали, пока по нашу душу придут, — начал Зубилов. — А тут спокойно выходит этот Могила. И спрашивает, хотим ли мы повышение. Ну и Бобёр давай на него. А тот… Ну, он просто заморозил ему ноги…
— Дальше! — Журавлёв записывал на бумагу каждое слово, хмурясь всё сильнее.
— Ну чё, он говорит, что тут в полукилометре враг! Двадцать человек минируют наш участок, как раз там, где должна завтра пехота пройти. Так они ещё под прикрытием.
Там кони и всадники.
— И? — лейтенант поморщился. Враг тут? Действовать? Нет, сначала доклад.
— Могила нам сказал: либо мы ему помогаем, либо он сейчас тут из нас ледяные статуи сделает без глаз… Мы не испугались, — Зубилов сглотнул, — подумали, что дурак и трус. Вот и решили пойти, чтобы потом ткнуть носом. Бобёр шёл всю дорогу скалился и хмыкал. А потом…
Зубилов замялся, провёл рукой по лицу.
— Зубило! — поторопил Журавлёв.
