— И ещё буквально несколько часов назад, по версии майора Патронажного, мои люди напали на солдат императора. Ставленник Жмелевский, — я сделал паузу, подбирая слова, — инициировал суд земельных аристократов, на который я обязан прибыть в столицу. И мне запрещено покидать мои земли до этого момента.
— Вон оно что… — генерал сдержал улыбку, хотя было заметно, как дрогнули уголки его губ. — Но нам крайне требуется офицерский состав. И так уж заведено, что по договору между императором и земельными аристократами род обязан предоставить мужчину или молодого человека от 18 лет.
Твердохлебов отодвинул чашку и сложил руки на столе. Его пальцы покрыты мозолями, кое-где проглядывают старые шрамы. Значит, генерал у нас не только бумажки разбирал в своей жизни.
— Конечно, бывают исключения, когда нет детей или есть только девочки, — продолжил он. — Но тогда вы обязаны дать замену. Триста магов не меньше третьего уровня.
Я никак не отреагировал внешне, хотя внутри оценил иронию ситуации. «Отличный способ уменьшения поголовья земельных аристократов через войну», — пронеслось в голове.
А если не хочешь сам — давай раскошеливайся.
В моём случае ситуация складывалась патовая. У меня не было столько магов нужного уровня, и я не смог бы сейчас набрать нужное количество. В Енисейске таких просто не найти, а в Томск нельзя выехать из-за запрета… Наёмная палата примет такой заказ только лично.
— И что вы предлагаете мне? — спросил я.
— А я вам ничего не предлагаю, молодой человек, — хмыкнул Твердохлебов, откидываясь на спинку кресла.
— Ваша ситуация рассмотрена специальной комиссией, и вы отправитесь в южные земли для несения службы. Жёны есть, целых две, — в его голосе скользнула ирония. — Другие роды исчезли при вас… — он сделал многозначительную паузу. — Так что это не освобождает от обязанностей. А что касается суда… Он подождёт.
Неплохо. Генерал немного знал обстановку тут. Прямо не обвинил, а лишь намекнул… Мою ситуацию разбирала целая комиссия? Интересно…
— Есть ещё один скользкий момент, — продолжил я.
— Моя земля. Если кто-то вдруг захочет воспользоваться тем, что меня нет, и заберёт её?
Я смотрел прямо в глаза генералу. Этот вопрос был ключевым. Как бы ни складывались обстоятельства, моя территория — основа всего, что я построил и планировал построить. Потерять её означало бы проиграть всю партию.
— Не переживайте, Магинский, — Твердохлебов поставил чашку на стол с такой аккуратностью, словно проводил важный ритуал.
