— Рука!
— Передай лейтенанту, что в следующий раз переломаю не только руку.
Коля корчился на земле, баюкая сломанную конечность, а я пошёл дальше, будто ничего не произошло.
Уже через пару минут восемь снарядов, установленных на шестиметровой высоте, с грохотом рухнули вниз. Прямо на то место, где должен был стоять я. Чёрт знает, сколько там железа было, но от человека осталась бы лепёшка.
— Вот что значит непроверенное оборудование, — заметил проходившему мимо сержанту. — Могли бы кого-нибудь убить.
Как бы ни лезло начальство из кожи вон, но я становлюсь местной знаменитостью.
Рядовой, при этом маг пятого ранга. Такие, как я, отправляются в офицерскую школу — учиться стратегии и управлению людьми. Ведь проку от меня на поле боя больше, чем от солдата с ружьём или автоматом. Но этого упрямо не делали. А попытки разобраться со мной только увеличивались.
Пришлось действовать по-другому. Для начала я нашёл ребят, которые никак не связаны с теми, кто очень хочет меня убрать. И все свои акции проводил на глазах нужных людей.
Однажды сержант Ломов — здоровый мужик с вечно красной рожей — устроил нам построение. Несмотря на то, что он всех гонял, как собак, солдаты его уважали. Потому что Ломов сам прошёл через дерьмо и тянул остальных за собой.
— Магинский, — вызвал он меня из строя. — Шаг вперёд!
Я вышел, держа спину ровно.
— Отжимания, — рявкнул мужик. — Сто пятьдесят раз. Время пошло."
"Я опустился на землю и начал выполнять упражнение. Ломов стоял надо мной, отсчитывая вполголоса, а по лицу его блуждала усмешка.
— Восемьдесят пять… Восемьдесят шесть… — мой голос звучал так же ровно, как и в самом начале.
Я чувствовал, как лицо сержанта мрачнеет. Он явно ждал, что я выдохнусь, сломаюсь, попрошу пощады.
— Сто сорок девять… Сто пятьдесят, — закончил и поднялся.
— Ещё двести, — тут же отрезал Ломов.
Солнце палило нещадно, пот застилал глаза, но я снова опустился и начал отжиматься. Сержант уже не считал, просто стоял, скрестив руки на груди. На двести семидесятом отжимании Ломов сдался.
— Хватит, рядовой, — бросил он. — Разрешаю отдохнуть.
— Разрешите выполнить до конца? — спросил я, поднимая голову.
По строю солдат прокатился шепоток. Ломов окинул их грозным взглядом.
— Ишь, умник! — процедил он. — Встать в строй!
Позже, в курилке, я заметил, как сержант разговаривает с майором из штаба.
— … Странный парень, — долетели до меня обрывки фраз. — Я специально проверил. Три с половиной сотни отжиманий — как нечего делать.
