Двойник Короля 8

Лечилки — не меньше десятка, ярко-зелёные, светящиеся флаконы. А ещё зелья выносливости, скорости, восстановления магии.

Потом оружие. Ножи с тончайшими лезвиями, способные разрезать хитин. Кинжалы — не менее смертоносные. Изящный короткий меч, идеально подходящий под её рост и комплекцию.

И, наконец, деньги. Несколько пачек. Купюры, перетянутые тесёмкой. И драгоценные камни, завёрнутые в мягкую ткань.

Лахтина вскочила, словно её ужалили, и уставилась на меня широко распахнутыми глазами. Она часто моргала, не понимая, что происходит.

Когда я закончил, ещё раз грустно посмотрел на неё. На лице девушки отразилась целая палитра эмоций: непонимание, страх, недоверие.

«Что? Что? Что ты делаешь?» — её голос дрожал в моей голове.

«А разве непонятно? — пожал плечами, поморщившись от боли в сломанных рёбрах. — Прощай, королева! Я отпускаю тебя. И как джентльмен даю одежду, оружие, зелье и деньги, хоть и не должен.

«Что? — у неё открылся рот. — Как? Сама? Где? В этой форме? Нет! — она начала кричать, её мысленный голос причинял почти физическую боль. — Я не смогу, я слабая… Меня изнасилуют, поработят! Убьют! Они не ты… Ты другой, у тебя нет ненависти к монстрам. Даже есть тот, кто тебя называет папой. Ты другой. А они… лысые обезьяны. Нет, нет! Ты обещал мне помочь, дал клятву крови!»

«Загляни в себя, — улыбнулся я. — Я спас тебя, а ты приняла форму скорпикоза и напала, тем самым её нарушив.

Лахтина стояла на коленях с закрытыми глазами и потом их распахнула. Из глубины чёрных омутов потекли слёзы, оставляя блестящие дорожки на бледных щеках. В её взгляде было столько отчаяния и страха, что даже мои внутренности сжались.

«Да заткнись ты!» — приказал внутреннему хомяку, который настойчиво требовал оставить королеву. Я мог её убить, но отчасти девушка права: она со мной и на моей ответственности… Поэтому я и отпускаю её.

И ещё одна пометка на будущее: скорпикозы слабы перед некромантами. Если не успеют убить противника, то им конец.

Подошёл к Коле, который стоял рядом с Вороновым. Пацан застыл с открытыми глазами, он никак не реагировал. В отрубе. Да уж… Сегодня Костёв многое повидал, и его неокрепшая психика просто не справилась. Не стал беспокоить парня и опустился рядом с Вороновым.

— Павел? Павел Александрович? — прошептал барон.