Подставляйте задницу под уколы и хлебайте супчик! Хорошего же вы обо мне мнения, милейший!
– А работа, Анька? Журнал? – бормотал он, не сдерживая радости.
Дочь была рядом. Значит, все будет в порядке. Деловитостью Анька, когда прижмет, в мать, не в него.
Он рассказывал, что врачиха Вера Матвеевна заходила трижды. Сестра мерила давление и сделала еще один укол. Кардиограмма неважная, но не кошмарная.
– Инфаркт мелкоочаговый, не обширный, – по слогам выговорил он.
Словом, есть шанс.
Анна кивала и соглашалась.
Потом отец снова уснул, и она поехала на дачу. Плевать на работу, Попова, сокращения, отпуск и интервью с Городецким. На все плевать. Сейчас главное – папа. Единственный близкий и родной человек на земле. Что поделаешь, так получилось.
В доме, окруженном старым садом (с десяток яблонь, сливы, пара кленов и две березки), было прохладно. Она скинула кроссовки и джинсы, поставила чайник и наконец плюхнулась на диван. «Спать, – подумала Анна. – Только спать. А завтра будем решать. Разруливать все, что накопилось».
Она закрыла глаза, и в этот момент запищал мобильник.
* * *– Анна! Ну, куда же вы пропали? Я признаться, уже волнуюсь.
Голос звучал хрипловато и откуда-то издалека.
– Что? – переспросила она. – Еще раз повторите, пожалуйста!
Голос в трубке замолчал.
– Слушаю! – повторила она. – Я за городом, здесь очень плохая связь.
Мужчина откашлялся и, как ей показалось, с нарочитой игривостью и кокетством продолжил:
– Вы меня бросили, Анна? Покинули навсегда? Не оправдал, так сказать, вашего высокого доверия?
Наконец она его узнала.
– Илья Максимович, вы простите меня, ради бога! Непредвиденные обстоятельства. Папа попал в больницу. С подозрением на инфаркт. Я, разумеется, тут, рядом. – Она помолчала и добавила: – Когда буду в столице, совершенно непонятно. И что будет с нашим интервью – тоже…
– Господи, Анна! – сбивчиво затараторил он. – О чем вы? Какое интервью, бога ради!
Он замолчал, и она услышала, как он закуривает сигарету.
– Анна, милая! Может быть, нужна помощь? Лекарства, врачи, перевозка? У меня, точнее, у бывшей жены в медицине большие связи!
Она объяснила, что все еще непонятно.
Везти в Москву пока опасно. Завтра будет ясно с лекарствами.
– Спасибо! Огромное вам спасибо за понимание и сочувствие.
– Вы там одна? – осторожно спросил он.
– Да.
– А еда? Есть ли у вас продукты?
Она рассмеялась:
– Илья Максимович! Я же не в Антарктиде, а всего лишь не в дальнем Подмосковье.
