Эпоха Опустошителя. Том I (СИ)

Однако, чем больше я наблюдал за динамикой разрушения форпоста, тем безумнее мысли меня посещали.

Не зря же говорят, что риск дело благородное.

— Аркас, а скажи-ка, ты за кого в этой войне?..

Холтер был словно на иголках практически с самого утра. Причина этому имелась более чем уважительная. Прибытие дознавателей. Причем не дознавателей из Аделлума или же Несущих Бурю. Нет. Сюда прибыл кое-кто похуже. Это была пятерка из числа Наказующих. Впрочем, управляющего форпостом пугали отнюдь не они, а тот, кто возглавлял их.

Судья Норон. Выше него в иерархии ордена находились только две длани и великий магистр. Судей у Наказующих существовало несколько, но лишь о его делах ходила дурная слава. Очень дурная. И если он здесь, то быть беде. Большой беде. Ведь подчинялся тот лично правой длани ордена — Азаиху Урано. А совсем недавно именно его отпрыск наткнулся в коллизии на странный отряд смертников, который хорошенько их потрепал и дал ощутимый отпор, а сам Хиал и Ласанта Урано вернулись назад израненными и еле живыми.

Да. Холтер помнил тот день. Именно он дозволил им заменить патрульный отряд, выписал разрешение и теперь по-видимому пришла пора расплачиваться за свою дурость. Скорее всего, правая длань не оставит его проступок без внимания. Да и пострадал его сын.

Стук в дверь раздался вполне тихий, но для капитана армии Аделлума он показался громче самого яростного грома, а затем в кабинет неспешно прошествовал неприметный мужчина лет сорока в тёмно-синей форме судий Наказующих.

— Моё почтение, уважаемый Холтер из семьи Лассар, — скромно поприветствовал того Норон.

— Моё уважение, чтимый судья, — быстро поднимаясь с кресла, нервно изрёк управляющий. — Чем… чем могу быть полезен?

— О, не стоит так пугаться, — с радушной улыбкой проговорил Норон, присаживаясь прямо напротив стола. — Так уж вышло, что по некоторым причинам уважаемый длань направил сюда людей для выяснения кое-каких обстоятельств. Надеюсь, вы просветите меня по некоторым вопросам?

Заслышав о генерале Наказующих Холтер побледнел сильнее, а на лбу выступила обильная испарина.

— Я… виноват, судья, — чуть запинаясь пролепетал Лассар, продолжая потеть словно загнанная за ночь куртизанка. — Виноват перед семьей Урано. Виноват перед Наказующими. И готов принять вашу кару. Теперь я осознаю, что мне не следовало пускать сына уважаемого Азаиха в коллизию. Я готов понести ответственность.