Эпоха Опустошителя. Том I (СИ)

Лишь в последний миг подобрав с земли окровавленную перевязку, пришлось спешно вернуть её обратно, а также следом подхватил и цепную кусирагаму.

Буду разбираться с этим позже. Сначала информация. Надеюсь, хоть одни сутки без приключений я для всех выиграл. А вот тебя я возьму с собой. Ты знатно пригодилась. Убивать у меня всё равно не выходит, но калечить тобой ай какое чудо.

— Сгодится, — пробубнил я себе под нос, разглядывая заляпанное оружие со всех сторон. — Назову тебя… Гаммой.

— Живо всё за мной! — надрывался воитель дома Гаман.

Шли мы совсем недолго. Пять-шесть минут от силы. Стоило миновать вторые по счету врата, как мы в прямом смысле оказались в настоящем военном лагере. Точнее в военном городе. Размах у великого дома Ксант или его вассалов в плане войны был воистину колоссальных масштабов. Не сравнить с тем, что я видел в зоне смертников. Попросту небо и земля.

Остановились мы тогда, когда нас привели к какой-то одиночной хозяйственной постройке, которая более напоминала хлев.

— Внутри есть всё, что нужно для вас, отбросов, — холодно выпалил «черный», указывая рукой на двери. — Приведите себя в порядок. Совсем скоро вас могут вызвать к себе.

Воитель дома Гаман всё-таки маханул лишка во всех смыслах, стоило оказаться внутри, как взгляд выцепил всего-навсего пару бочек с водой, ведро с какой-то бурдой, напоминающее еду, один осветительный кристалл на весь амбар и несколько тюков с соломой для кормёжки скота, а в следующую секунду грохот дверей ознаменовал о том, что отныне мы заперты.

— Ну хоть не прирезали, — флегматично заметил Рамас, приземляясь на первый попавшийся тюк, а следом за ним такому примеру последовали остальные. — Устал как собака!

На ногах остался только Аркас, который всё это время не сводил с меня изучающего взора:

— Спрашивай, пилигрим. Расскажем всё, что знаем. Теперь мы и вправду в одной лодке.

На мгновение образовалась пауза, а я оказался под прицелом сразу пяти глаз.

— Вы уже поняли, что я, скажем так… издалека, — подбирая нужные слова, негромко изрёк я, опираясь на деревянный брус спиной и усаживая свою задницу на полено. — Поэтому расскажите всё.

— Сдаётся мне, разговор будет долгим, — хмыкнул весело здоровяк, удобнее устраиваясь на соломе. — Очень долгим…

В одном Ганграт был прав. Беседа оказалась очень долгой и продлилась до глубокой ночи.