Эпоха Опустошителя. Том I (СИ)

— Прошу простить уважаемую госпожу, — как можно ниже поклонился ей Аркас, не разгибая спины. — У него есть небольшая травма. Мой друг слегка растерян и рассеян с тех пор…

— Плевать мне на него и его травму! Вы здесь лишь потому, что обладаете необычайно важной информацией, — скривилась презрительно эта стерва, не сводя с меня взгляда. — Ты уяснил, отброс?

— Более чем… госпожа, — с потаённой ухмылкой, поклонился я ей, а стоило скрыть свою физиономию, как улыбка стала лишь шире. — Прошу простить… мою дерзость. Более такого… не повторится.

— Упадёте на колени перед господином и склоните свои головы, а затем будете честно отвечать на поставленные вопросы. Уяснили?

Уясни то, уясни сё! У ней это любимое слово, что ли? Так еще и на колени. Стерва слабоумная!

— Мы вас поняли, уважаемая госпожа, — почтительно отозвался Аркас, весело мне подмигивая и перенимая мой настрой.

— Вперёд! — холодно выпалила она, кивком указывая себе за спину.

Если честно, то проделали мы всего-навсего шагов тридцать по шатру, но богатство повсюду оказалось вопиющее.

Обстановка, стиль, лоск. Даже на войне аристократы оставались аристократами. К тому же в шатре было сразу несколько комнат. Однако все мои мысли сошли на нет, когда перед глазами замаячил стол, за которым сидел Зарган, и который не сводил глаз с единственного предмета на столе.

Стилета. Моего стилета.

Пришлось последовать совету этой стервозной дряни и преклонить без какого-либо энтузиазма колени и уперев взгляд в пол мы стали ждать.

Несколько мгновений стояла гробовая тишина, но первые слова старика не заставили себя долго ждать:

— Представьтесь.

Оба!

— Имя — Аркас, — негромко сказал полубог. — Заключенный семь тысяч девятьсот восемьдесят три.

— По какой догме и приговор? — вновь спросил глава дома Гаман.

— Покушение… на жизнь аристократа, — отрывисто ответил сероглазый. — Приговор… смерть или ссылка в коллизию.

Чтоб мне провалиться! И на кого это там они решили покуситься всем отрядом, что их сюда сослали? Да и цифра почти восемь тысяч. До появления моего жетона и его хозяина Арк пережил уйму смертников.

Уважаю. Да и мой знак по словам парней они сняли с одного бедолаги, почившего в коллизии в день моего появления перед тем. Хорошо, что они показали, как им пользоваться и что означают предписания на железке.

— А ты? — равнодушно спросил старик.

— Имя — Ранкар, — спокойно изрёк я. — Заключенный номер шестнадцать тысяч шестьсот шестьдесят шесть.

— Двойное убийство. Приговор смерть или ссылка в коллизию.