Эволюционер из трущоб. Том 2 (СИ)

Зараза! Придётся снова сбегать на белый трон и только после этого поглощать доминанту, ведь я очень не хочу обделаться во сне.

У входа в пансионат.

Охранники патрулировали территорию пансионата и пожирали взглядами женщину, стоящую на лестнице. Её длинные ноги соблазнительно выглядывали из разреза платья, да и сама красотка подмигивала служивым, отчего те забывали, куда идут, и раз за разом влезали в цветник, разбитый по обе стороны от центральной дорожки.

Игра с мужскими сердцами доставляла Инессе Матвеевне ни с чем не сравнимое удовольствие.

Такие сильные, такие властные — и такие глупые. Помани их, и они прилетят, прибегут, приползут. Начнут требовать внимания, а потом просить, умолять.

Её всегда это поражало. Мужчины, которые отвоевали право на существование у природы. Мужчины, которые построили весь мир. Падают к её ногам, словно осенние листья. Устилают дорожку, по которой она пройдёт прямиком к своей цели. К мести Архарову.

Но на пути к этой цели сперва нужно взрастить Артёма. Он перспективный парень, возможно, даже станет абсолютом.

Хотя это и не важно. Важно то, что Инесса Матвеевна уничтожит всех, кто стоит на пути сына. Лишь бы он стал новым главой рода Архаровых. А когда он возвысится, Инесса лично спляшет на могиле Константина Игоревича. От мысли об этом улыбка на лице Инессы появилась сама собой.

За её спиной скрипнула дверь и на лестницу вышел Артём. Он поёжился от холода и настороженно посмотрел на мать.

— Мама, ты хотела меня видеть? — спросил он.

— Да. Хотела тебе кое-что сообщить.

— Инесса Матвеевна подошла к сыну и нагнулась так, чтобы охранники могли пялиться на её зад, а она сама могла шепнуть сыну на ушко. — Сыночек, не переживай. Твоему обидчику нездоровится, возможно, сегодня ночью он покинет приют навсегда.

— Мама, я не совсем понимаю, о чём ты… — нахмурился Артём и увидел, как рука матери взмыла вверх, отчего парень тут же зажмурился. Но рука матери лишь похлопала его по плечу.

— Артёмка, помни, что не все сладости одинаково полезны, — усмехнулась женщина, взмахнула волосами и пошла вниз по лестнице, даря охранникам милую улыбку.

Наконец-то я вернулся из уборной, запер комнату и, не теряя времени, поглотил доминанту. Кожа подмышками, в паху, за ушами и на сгибах рук и ног зачесалась. Да так зачесалась, что хотелось содрать её к чёртовой матери, лишь бы не чувствовать этот жуткий зуд! Я, как блохастая псина, чесался, ворочаясь на кровати, а потом провалился в чертоги разума, чтобы отстраниться от этой пытки.