Фиктивный брак (СИ)

И они мне нравились, только на лицах Неда и Габриэля. Ну и мистера Томаса.

На несколько долгих секунд между нами повисло молчание. Леди-дракон смотрела на меня, а я хотела спать, ощущая, как слабость вернулась с прежней силой, накатывая волнами. А еще понимала, что Джоанна Бэрилл не уйдет, пока не получит утвердительный ответ.

— Хорошо. Я буду прилежно играть свою роль супруги вашего внука, — произнесла, хотя и без просьб драконихи сделала бы это. Но почему бы не получить с нее что-то взамен, используя наш негласный договор.

Кажется, это ей не понравилось. Леди замка и представить себе не могла, что кто-то станет ставить условия ей, такой родовитой и важной даме.

— Вы не будете мешать мне жить так, как я хочу. И я буду хозяйкой в замке. При этом обещаю, что не стану нарушать ваши права. Мы поделим обязанности. Я просто хочу кое-что здесь изменить, — ага, и мне совсем не нужно, чтобы леди Бэрилл мешала всем начинаниям.

— Давайте проживем этот год мирно и дружно. Представьте себе, что я невестка вашей мечты, — улыбнулась сонно. Нет, еще немного и я усну просто на глазах у Джоанны.

— Я подумаю, — так сразу эта женщина сдаваться не желала.

Но как же кстати сейчас был бы здесь Нед!

А ведь муж утверждал, что придет проведать меня вечером. Или он приходил, когда я спала? Вполне может быть.

— У вас жуткий характер, но я согласна, — проговорила леди Бэрилл и поджала губы, недовольная скорее собой и тем, что уступила.

— Тогда и я согласна. А теперь, прошу вас, я бы хотела поспать, — произнесла и, чтобы подчеркнуть свое состояние, повернулась набок и закрыла глаза. И уже засыпая услышала удаляющиеся шаги и тихий скрип отворяемой двери.

Когда я проснулась снова, в комнате было светло и у столика, расположенного у кровати, суетилась широкая фигура тетушки, а в воздухе ощутимо пахло травами. Кажется, именно этот аромат и пробудил меня ото сна.

Приоткрыв глаз, потом второй, я шевельнулась, прислушиваясь к ощущениям и поняла, что слабость ушла, как и боль.

Услышав шорохи, Тереза развернулась к кровати всей своей колоритной фигурой и посмотрела на меня с тихой улыбкой.

— Проснулась, голуба! И как наше самочувствие, — не спрашивая разрешения, она положила свою ладонь мне на лоб, после чего удовлетворенно кивнула чему-то, понятному только ей, и отняв руку, произнесла: — Температуры больше нет. А я тут тебе травки заварила.