— Доброго вам дня, леди, — герцог Норфолк улыбнулся, но взгляд серых глаз, который он направил прямо на меня, пронизывал холодом.
В ответ на его слова раздались не слишком стройные и лишенные сердечности приветствия.
Ситуация выглядела абсурдной. Я была единственным человеком, не принимавшим участия в обсуждении его проблем, но именно на меня герцог смотрел сейчас с этим уничижительным, презрительным выражением на лице.
Захотелось одновременно разубедить его во всем или же промолчать с гордым видом, потому что я не намеревалась оправдываться в том, в чем не была виновата.
— Не думали, что встретим вас здесь сегодня, — маркиза явно собиралась упражняться в пикировке.
— Отчего же? — бархатным, вкрадчивым тоном спросил герцог.
Удивительно, но пожилая маркиза не нашлась с ответом. Норфолк ее обескуражил.
— Что ж, не стану мешать вам придаваться исконно женскому занятию и сплетничать, — его голос мгновенно изменился и скрежетнул сталью. — Всего доброго.
Чуть склонив голову, он обжег меня на прощание злым взглядом, развернулся и ушел, чеканя шаг.
— Каков наглец! — зашипела маркиза уже ему вслед, убедившись, что герцог не сможет услышать.
Сославшись на жажду, я отошла от женщин и спряталась за ближайшей колонной.
Когда я только очнулась в этом мире в теле Тесс, то ничего не понимала. И не знала. И полагалась на других людей, еще не до конца во всем разобравшись. Так я в самый первый и последний раз прислушалась к совету поверенного Росса, когда он сказал, что нужно требовать привлечь к ответственности герцога Норфолка за то, что случилось с графом Толботом и Тесс.
Герцог занимался поездами и двигателями, именно его предприятие обслуживало состав, в котором ехали отец с дочерью… И допущенные им на производстве ошибки привели к страшной трагедии.
Я написала об этом целую разгромную статью в газету, которая принадлежала Толботам. Я ходила к ищейкам и уговаривала их допросить герцога. Свои мысли я высказывала при любом удобном случае, и вскоре бо́льшая часть города смотрела на Норфолка с косым подозрением.
А когда завершилось официальное расследование, не все до конца поверили в его результаты, согласно которым неисправностей в работе поезда не было.
В отличие от меня. К тому моменту у меня словно пелена с глаз спала. Вернулся разум и способность адекватно, логично мыслить.
Впрочем, уже было поздно.
Герцог меня, надо полагать, возненавидел. А сегодняшняя капля лишь добавила жара в этот огонь.
