Я не была на подобных мероприятиях частым гостем и изначально хотела остаться дома, но потом Элоиза позвала меня и обмолвилась, что там будет сэр Джон, и это изменило мое решение.
Я не хотела упускать их из поля зрения. Врагов нужно было дерзать ближе, чем друзей, и я могла бы проследить за Элоизой и толстяком.
Поэтому пришлось выбраться из скорлупы и провести вечер совсем не так, как мне хотелось.
— Как замечательно, что ты согласилась составить мне компанию, дорогая, — не преминула сообщить Элоиза, когда экипаж, мягко качнувшись, отъехал от особняка.
— Ты так редко бываешь в обществе.
Я хмыкнула, но присмотрелась к ней повнимательнее. Она действительно казалась довольной, и внутри меня зародились первые подозрения.
— Именно на таких вечерах можно встретить самых влиятельных людей, заключить полезные контракты.
Мои брови поползли вверх. Что о полезных контрактах знала Элоиза? Ее специализацией были межполовые связи.
— Уверена, ты справляешься с этим лучше всех, — усмехнулась я, но она сделала вид, что не заметила укола.
— А еще, возможно, тебе удастся встретить достойного спутника жизни.
Я сжала губы. Сэр Джон, казалось, забыл о своем намерении сбагрить меня замуж, а Уильяма отправить в закрытый пансион для мальчиков.
Но лишь казалось.
Я была уверена, что он ничего не забыл и от своих идей не отступился. Лишь затаился на время, готовясь… готовясь к чему? К решительному удару?.."
"Экипаж замедлил ход, и в окно стало видно величественное здание с колоннами.
Он остановился у подъезда, освещенного множеством газовых фонарей, причудливо искрящихся в прохладном воздухе. Лестница, ведущая к парадным дверям, была выложена мраморными плитами, а по бокам высились массивные бронзовые статуи в виде грифонов.
Швейцар в униформе с блестящими медными пуговицами раскрыл перед нами массивные двери, и мы вошли в просторный холл.
— Миледи, миледи, — раздался голос распорядителя. — Добро пожаловать!
В холле уже собрались гости, и где-то в углу играл оркестр.
Вечер только начался, и до аукциона оставалось больше получаса.
— Очаровательно, не правда ли? — заметила Элоиза, разглядывая все вокруг.
— Невероятно, — сухо отозвалась я.
Наконец, ее окликнул кто-то знакомый, и Элоиза упорхнула навстречу высокому, плотно сбитому мужчине с отталкивающим, некрасивым лицом. Его черты были грубыми, будто скульптор поторопился закончить работу: широкий нос с горбинкой, тяжелый подбородок и неприветливый прищур.
