Мужчины повскакивали со своих мест, а герцог Норфолк, который стоял у дальней стены, застекленной так, чтобы можно было наблюдать за работой фабрики, медленно повернулся на шум.
И впился в меня взглядом, из-за которого я покрылась мурашками.
— Леди Тесса Толбот, — он оглядел мое мокрое платье и растрепанные волосы, налипшие на лицо.
— Мне нужно поговорить с вами, Ваша светлость, — сказала я, постаравшись, чтобы голос не дрожал.
Второй раз за невероятно долгий вечер я произносила эту фразу.
Что-то в его взгляде дрогнуло.
Наверное, как и я, оценил иронию.
— Господа, я прошу меня простить. Перенесем нашу встречу на утро. У меня появились неотложные… дела.
Я стояла, вытянувшись, пока они все мучительно медленно собирали вещи и покидали помещение. Интересно, это ради встречи с ними он сорвался с бала?
Но мне все еще не было понятно, в чем заключалась такая ужасающая срочность.
Когда мы остались наедине, герцог откинул за спину светлые волосы и шагнул ко мне.
— Так о чем вам нужно со мной поговорить, леди Тесса? — спросил он с едва заметной усмешкой.
— Я прошу вас взять меня в жены, Ваша светлость.
Между нами повисла тишина, которая звенела громче самого отчаянного крика. Многолетняя выучка не оставила герцога и теперь: он не переменился в лице, но вот на глубине его глаз что-то вспыхнуло. Сведя на переносице брови, он жадным взглядом окинул меня с ног до головы. Безо всякого стеснения прошелся по моей фигуре.
Захотелось закрыть грудь руками и сжаться, но вместо этого я расправила плечи, позволив ему увидеть изящные ключицы и шею.
— Вы об этом хотели поговорить со мной во время танца?
Его голос был ровным, но в нем слышалась едва уловимая насмешка.
Он неспешно отошел к застекленной стене, за которой виднелось производство. Скрестив руки на груди, герцог лениво оперся спиной о холодное стекло.
— Я, конечно, наслышан о вашем новом опекуне… — не дождавшись моего ответа, герцог заговорил сам. — Ну и? За кого он вас просватал?
Я усмехнулась циничной, горькой усмешкой.
Уверена, так не должны усмехаться нежные невинные девицы.
Только вот я такой не была.
Если бы дело было лишь в сватовстве…
Мерзкого маркиза в качестве мужа я еще могла пережить. А вот эту ночь — или одну из следующих, если верить планам Хантли и толстяка — уже вряд ли.
Должна ли я рассказать Норфолку, что пришла к нему, находясь в глубочайшем отчаянии и опасности? Что опекун окончательно лишился рассудка с этими чертовыми изобретениями?..
Что меня хотят убить.
