Змеиные челюсти ударили в землю. Одноглазое чудовище недовольно зашипело. Его мощное тело извивалось кольцами. Живоглот попробовал броситься еще раз, а потом еще. Но не смог дотянуться до Шондры. Добыча надежно спряталась в карстовой расщелине.
Несколько минут, пока змей пытался выколупать мышку из норки, показались ей вечностью. Турельщица все это время задерживала дыхание от ужаса. И смогла выдохнуть, только когда услышала, как разочарованный змей отползает прочь.
Лежа в окружении холодного камня на перине из набившейся в расщелину листвы, Шондра хотела просто отдохнуть.
Ничего страшного ведь, если она немного поспит? Совсем чуть-чуть…
Но она тут же встрепенулась, поняв, что холод и сонливость — следствие кровопотери. Нужно немедленно порвать рубашку на бинты и перевязать раны.
Ей кое-как удалось перевернуться. Затем турельщица вытащила армейский нож из-за голенища сапога.
— Ты мне все же пригодился, — сказала она с шальной усмешкой.
Глава 6
Родео
Медицинском отсеке царила холодная атмосфера стерильности, витал тонкий лекарственный аромат.
Злосчастная аптечка, которая стоила мне как новый планшет, лежала неподалеку, хотя перед стартом нам все же доставили все необходимые препараты. С оборудованием такого счастья пока не наблюдалось, да и не надо. Если бы над столом сейчас висел аппарат для хирургических операций, я бы точно им воспользовался.
Никогда раньше не страдал садистскими наклонностями.
Однако встреча с альпой затронула неизвестные струны моей души.
Нестерпимо хотелось выдрать одну из этих струн и применить как гарроту.
Кармилла обрабатывала медраствором мое плечо. Это могло показаться трогательным. Но вот не казалось. Ни черта не казалось! Новое ранение, аккурат поверх старого, заживало куда хуже. А для моей затеи понадобятся обе руки.
— А ты действительно безумен, Волк. Это даже я тебе говорю.
Она начала заматывать рану бинтом. Нежными пальцами и ловкими движениями. Не забывая задевать меня роскошной грудью. И смотрела так многообещающе…
Попасть в руки к эротичной медсестре — разве не мечта? Но не могу сказать, что ради этой близости стоило вынести любую боль.
Будь у меня сейчас возможность, сотворил бы с альпой что-нибудь жуткое. И я вовсе не про секс.
— Мой план не казался таким безумием, когда у меня были обе руки, но благодаря тебе… Эй, можно полегче? — прорычал я.
Мясо под ключицей разворотило почти в фарш, рану саднило даже от малейшего дуновения ветра. Повезло еще, что пуля прошла навылет.
