Гарем на шагоходе. Том 4

Даже будь доказательства серьезнее, этого все равно мало. Перекрыть поставки иногородних товаров в Ходдимир — означает передавить ему глотку. Мы не так уж много своего производим. У нас нефть и продукты ее переработки. Фрукты, овощи и мясо идут с плантаций и ферм вокруг мегаполиса. Но без всяких изысков, типа чашки кофе с утреца, народ моментально взвоет.

— Бегемот, это действительно серьезное дело…

— Не сомневаюсь. Потому очень рассчитываю, что твои Дестро выведут нас на банду, которая их заказала. А там, если они получили другие партии, возьмем и их.

«Если сил хватит», — мрачно подумал я.

— Так, — Бегемот гулко хлопнул ладонями по столешнице, — через полчаса-час жди гостей. И не забудь уничтожить черный ящик. Скажешь, что бандиты это сделали, когда захватили Волот, чтобы их морды не остались в бортовой памяти. Если записи с камер поступали куда-то еще, от них тоже избавься.

Я кивнул, а Бегемот продолжил:"

"— Перед тем, как сбывать золото, открой счет в банке Плутоса и сделай хорошее пожертвование храму этого божка — тогда никаких вопросов к тебе не будет.

Самый простой и надежный способ отмывания денег. Не представляешь, как мы с этими ребятами намучились. «Религия не велит нам раскрывать данные клиентов и предоставлять отчеты по переводам. Сие есть священная тайна общения с божеством, и лишь ему ведомо, сколько земных благ он посылает своим верным последователям. Приходите на молебен в четверг, будут хорошие скидки на отпущение грехов». Тьфу, ненавижу!

* * *Распрощавшись с Бегемотом, я вернулся на мостик и без лишних слов вытащил черный ящик.

Кармилла сразу заинтересовалась:

— О, мой капитан, ты решил избавить правоохранительные органы от моей мордашки? Это так трогательно!

— Ты сейчас чем занимаешься? Ногти пилишь? Вот и пили дальше!

— Волк совсем не в духе, кити-кити. Мисочка, а давай ты включишь для него ту хорошую музыку и сделаешь рельсы-рельсы, шпалы-шпалы?

Миса доброжелательно подняла на меня зеленые глаза, но ее хвост пару раз дернулся.

— Точно, — подхватила вампирша. — Научишь нежности этого старого солдата, а то у меня уже на заднице живого места нет.

— Волк, но Кармилла же хорошо себя ведет! — удивилась кисонька с белым хвостом. — Уже давно ничего плохого не делает, кити-кити! Зачем ты продолжаешь ее наказывать?

— Эх, вот и я все недоумеваю, — вампирша с картинной грустью подперла щеку кулачком. — Плохо себя ведешь — наказывает. Хорошо — снова наказывает.