Гарем на шагоходе. Том 4

Змей замер, но лишь на мгновение.

Он всегда рассчитывал на себя, даже когда надежда утекала, как песок сквозь пальцы. Рептил-мутант рванул прочь, но течение становилось все сильнее, тянуло его — словно невидимыми щупальцами. Гигантские пасти фильтраторов сияли огнями, а глубоко в горле этих чертовых монстров вращались измельчители.

Острые, тонкие, они двигались с пугающей скоростью.

Мусор превращался в труху, едва попав на них.

Змей знал, что это цикл переработки.

Отходы измельчаются и утрамбовываются в брюхе стальной рыбины.

Змею совершенно не хотелось, чтобы его кости стали частью стены какого-то бюджетного коттеджа.

Одна из рыб пронеслась рядом, и Змей содрогнулся от низкого, вибрирующего гула ее двигателей. Стальной корпус сужался в хвост и оканчивался перистыми плавниками, которые сыграли с рептилом злую шутку. Рыбина взмахнула хвостом — поднялась волна и отбросила Змея.

И увидел приближающуюся пасть.

Змей разглядел ее изнутри: острые лезвия, яркий свет, хищная безмолвная утроба, жадно пожирающая все подряд. Лезвия встретят его через пару секунд. И с чудовищной силой потока невозможно бороться.

«Чертова железная килька!» — подумал он, глотнув отвратительную воду.

Кислую, горькую, резкую.

Он понял, что не успеет всплыть.

Поток нес его прямо к смертоносной мельнице. Плащ затрепыхался и потянулся вперед, Змея резко завертело, перевернуло.

Панически забился — крокодилий хвост рассекал воду. Но ничего не помогало — Змея продолжало тянуть с чудовищной силой!

Воронка оказалась уже совсем близко — но Фортуна в последний момент вспомнила о своем любимце. Уже влетая в круглый рот механической рыбины, ему чудом удалось зацепиться когтями за внешний контур. Змей раскорячился, упираясь руками и ногами, а его плащ полоскался в водных потоках и норовил угодить в измельчитель.

Бешеная круговерть лезвий сулила ужасную, но быструю смерть.

Нехватка кислорода убивала медленно и очень мучительно.

Робо-рыба вдруг шевельнула хвостом, подстраиваясь к течению. Предательский толчок стряхнул Змея с опоры. Он потерял равновесие и сорвался в пасть…

Еще секунда, мгновение, смерть.

Он зажмурился, принимая неизбежное. Но не погиб. Гул внезапно утих, а лезвия замерли. Вибрация исчезла.