Гарем на шагоходе. Том 7

Каждый выстрел — ещё один пылающий шар и обломки на скалах.

— Ой, смотрите! — Сэша тыкала пальцем в экран. — Один убегает, кити-кити!

Последний Охотник, самый юркий, резко свернул в сторону, пытаясь укрыться за скалой.

— Не дадим, — Шондра прицелилась.

Ракета вылетела, описала дугу и воткнулась прямо в камень перед ним. Взрывная волна швырнула робота в воздух, и он рухнул вниз, разбиваясь о камни.

Всё, больше ни одного.

Только гул турбин и тяжёлое дыхание в отсеке.

— Все цели уничтожены, — констатировала Вайлет.

Кармилла заглушила турбины, задала постепенное снижение скорости и расслабленно откинулась в кресле.

— Знаешь, капитан, эта прогулка мне нравится всё больше.

Я посмотрел на экраны. Позади — дымящиеся обломки. Впереди — лесная чаща.

И даже есть шанс затормозить до опушки.

— Приятно прокатились, — подтвердил я.

Сэша поймала лисёнка, которого мотыляло по отсеку и воскликнула:

— Ура! Мы победили! Теперь можно торт?

— Нет.

— Ну я же заслужила!

— Кэп, а ведь так и есть, — укорила Шони.

Посмотрев на девушек, я вдруг понял, что сладкого хочет не только кошка.

Вздохнул.

Иногда лучше подарить экипажу маленький праздник.

* * *Мы собрались в столовой.

После боя, после адреналина, после взрывов и погонь — нам всем требовался отдых. Просто сесть. Выдохнуть. И вспомнить, ради чего мы вообще терпим друг друга. А местами даже любим.

Кармилла устроилась слева от меня с Фенечкой на коленях.

— Торт — вкусно? — спросила эта круглая барышня через динамик.

— Не так вкусно, как кровь, — сообщила вампирша и добавила, повернувшись ко мне: — Я уже поужинала.

— Куда же мы без тебя, любимая, — ответил я.

— Волк! А я тоже любимая, кити-кити?

Очередной тяжелый вздох покинул мои лёгкие.

Но оказалось, что этот вопрос является прям важным.

Все девушки дружно посмотрели на меня.

Ди-Ди с лёгкой улыбкой — она распустила кудри и казалась невероятно красивой.

Роза, слегка шевелящая лианами и надевшая очередное платье с очень глубоким декольте.

Вайлет с непривычным интересом во взгляде… и тоже в платье.

Шондра, переплетающая косу и поглядывающая на меня одновременно с осуждением и интересом.

Лекса, откинувшаяся к спинке и созерцающая происходящее с усмешкой. Её взгляд так и говорил «давай, ковбой, признавайся».

Кармилла ехидно обнажившая клыки.

Ну и Сэша с живейшим любопытством дожидающаяся ответа.

— Да, — ответил я. — Вы все у меня любимые. Каждая по отдельности и все вместе.