Господин моих ночей (Дилогия)

 — Не тяни и переходи наконец к ритуалу. У нас сегодня достаточно других дел.

Мне с трудом удалось скрыть удивление и сохранить хотя бы внешнюю невозмутимость."

"Айтон соврал. Соврал! Ради меня.

Что же это получается?

Если он, действительно, проводил проверку, значит знает мое настоящее имя. И, получается, скрыл его сейчас от Тэйна. Или… Все-таки не проверял, а просто обманул друга, чтобы тот не копался в моем прошлом? Он клялся ничего не выяснять, а высшие всегда держат слово. Но он мог отыскать нужные сведения еще до того, как дал обещание, а потом просто молчать, скрывая это от меня.

Так проверял или не проверял?

Голова кружилась от противоречивых эмоций и предположений. Я была настолько потрясена случившимся, что остальное мгновенно потеряло значение. Все, что творилось вокруг, виделось, как во сне, проходило мимо, не задевая чувств. А в голове крутилась одна единственная мысль.

Известно Айтону, кто я, или все-таки нет?

Где-то там, очень далеко, в опустившейся на комнату тьме радужными огнями сияли десять пар глаз, разгораясь все ярче.

Знает или нет?..

Бормотание с клацаньем стали громче, и ко мне от фамильяров потянулись разноцветные ручейки-змейки. Бросок — касание — легкий укус — еще один рывок — и снова ноющее жжение в руке.

Я только морщилась.

Так знает или не знает?

— Вкусная…

— Беречь…

Комариным писком отдавалось в сознании.

— Наша…

— Моя… — отогнал комаров ревнивый рык Хвича. — Мое сокровище…

Гостиную накрыла томительная тишина, чтобы уже через несколько мгновений и гулких, неровных ударов моего сердца вдруг взорваться громким:

— Никаких следов магии. Просто человек. Что я тебе говорил?

И меня отпустило, в полном смысле этого слова. Невидимые нити, которые соединяли нас с фамильярами, с громким треском лопнули, дав мне свободу. Я пошатнулась на внезапно ослабевших ногах, и Айтон, коротко прошипев что-то сквозь зубы, подхватил меня на руки.

Глава 12

Домой меня отпустили только через несколько часов.

Сначала напоили горькой микстурой, которая вязким огнем опалила гортань и взорвалась в желудке, принеся, тем не менее, быстрое облегчение. Перед глазами перестали кружиться надоедливые мошки, подозрительно похожие на мелких монстров-фамильяров, а в голове моментально прояснилось.

Потом заставили отлежаться.