Господин моих ночей (Дилогия)

Это было так странное и неожиданно, что я невольно попятилась, прячась под козырек крыльца. Но поздно, меня уже заметили.

Три темные фигуры развернулись в мою сторону.

Удар сердца…

Еще один…

А потом…

— Она, — произнес левый.

— Она, — подтвердил правый.

И, наконец, я услышала голос среднего. Низкий, глубокий, требовательный, голос человека, привыкшего, чтобы ему подчинялись. Без сомнений и раздумий:

— Подойди.

Взгляд льдистых серых глаз, казалось, просвечивал насквозь, выворачивал меня наизнанку и перебирал по косточкам.

Серые глаза… Пресветлая, я уже и цвет разбираю.

Как только осознала это, тут же потупилась, но по ступенькам все-таки спустилась. Сама же недавно молилась, чтобы судьба привела на этот захудалый постоялый двор магов. Так вот они. Каждый высший стоит сотни целителей. Теперь сообразить бы только, что им сказать, как уговорить помочь.

— Ваша вода, лорды.

Протянула кувшин, и его тут же, не глядя, вынули из моих рук, но пить не стали.

— Мы кое-кого ищем, девушка. И тебе известно, где находится тот, кто нам нужен.

— Мне? — растерялась я.

— Да. И не советую лгать. Я ясно вижу, что вы с ним связаны и недавно соприкасались.

Теперь средний смотрел куда-то поверх моей головы, пристально, внимательно, будто пытался разобрать что-то понятное только ему.

— Не понимаю, о чем вы, лорды. Все люди, с которыми я в последнее время соприкас… общалась, находятся здесь, на постоялом дворе. У меня болеет мама и…

— Это не человек, — бесцеремонно оборвали меня. — Фамильяр… гм… магическое существо.

— Так вы о Хвиче, — невольно улыбнулась я, и троица напротив ощутимо подобралась.

— Ты его знаешь?

— Конечно.

— Рассказывай, — последовал резкий приказ.

— Все расскажу. Обязательно, — заверила я, — но…

Прости, Хвич, я тебя очень люблю и сделаю все, чтобы тебя отыскали, сама с ними пойду, если нужно. Но я должна спасти маму.

— После того, как вы мне поможете.

— Все просьбы потом, — как от надоедливой мухи, отмахнулся от меня высший.

Мелкие неурядицы… Для мага, может быть и мелкие, а для меня — самые значимые в жизни. А он даже выслушать не пожелал, сразу отказал. Все мы, неодаренные, для высших — пустое место, и наши горести и заботы для них ничего не значат, я только что лишний раз в этом убедилась.