Господин моих ночей (Дилогия)

Сердится на него.

— Сердится? Почему?

Дракон промолчал. Горгул покосился на него, вздохнул и уклончиво пояснил:

— Есть причины.

Потом потоптался на месте, еще раз вздохнул и неожиданно попросил:

— Дай ему крови, а?

— Конечно.

Я с готовностью раскрыла ладонь.

— Только немного, — тут же поспешил добавить мой хранитель, наблюдая, как встрепенувшийся Мишь примеривается к пальцу. — Пяти капель достаточно… Нет, трех… Двух… Хватит…

Горгул грозно встопорщил шейные пластины, бедром оттолкнул от меня «пирующего» Миша и, слизнув оставшуюся кровь, залечил ранку.

— Ишь, присосался, — сурово распекал он явно взбодрившегося приятеля. — Нечего лапы к чужому тянуть. — Хвич повернулся ко мне и деловито предупредил: — Ты как в питомник придешь, сразу всем скажи, что моя. А то знаю я этих дармоедов.

— Наша, — слабо, но твердо возразил Мишь.

— Моя.

— Наша.

— Моя.

— Не ссорьтесь, — остановила я спор, который успел надоесть еще в Кайнасе. — Хвич, ты мой защитник, спаситель, и, вообще, у нас договор. Разумеется, я твоя.

— Ладно, — буркнул горгул, зыркнул на приятеля и ревниво уточнил: — Только совсем-совсем немножечко.

— Договорились.

Я кивнула, и дракон, который благоразумно не вмешивался в нашу беседу с Хвичем и вообще делал вид, что он ни при чем, — только нервно подрагивающие кончики острых ушей выдавали его заинтересованность, — просиял. Я вернулась на кровать, дождалась, когда фамильяры расположатся по обе стороны, и обняла их.

— А меня пустят в этот ваш питомник?

— Да, — дракон был краток.

— Конечно, — Хвичу разговор со мной давался легче, и он расщедрился на пояснения. — Как магию вернут, так и придешь.

— Вернут магию? Значит, у меня все-таки есть дар? Вот и Эве… отец так же думает.

— Мы не думаем, мы уверены.

— Ага.

— С самого начала.

— Угу.

— Только она спрятана.

— Скрыта.

— Надо ритуал проводить.

— Мы поможем.

Ишь как разболтались, в два голоса, перебивая друг друга.

— Получается, вы всегда знали, что я не пустышка?

— С первой, самой крошечной капли крови.

— И соврали?

Два слаженных кивка.

— Но зачем? Хвич, почему ты Айтону сразу не сказал, что я магиня? А круг фамильяров, весь, в полном составе, выходит, тоже высших обманул? В конце концов, лорду Эверашу вы ведь могли признаться или хотя бы намекнуть, что у него есть дочь?

— Не могли, — замотал головой Хвич.

— Запрет, — печально согласился Мишь.

— Но зато я почти перенес тебя к Хозяину. И его вел к тебе.