Я старалась бывать там регулярно, и привлекали меня не кристаллы новых фамильяров, а то странное утолщение на стене, которое с каждым днем все увеличивалось. Для меня уже стало привычным ритуалом подходить к нему, накрывать ладонями и стоять так некоторое время, чувствуя под пальцами уютное, какое-то бархатное тепло и слабое, еле уловимое биение.
Эвераш, которому я в первый же день рассказала о своей находке, тоже терялся в догадках, не представляя, что это такое, — в семьях алхоров не ожидалось нового прибавления.
Отец пришел за мной лишь поздно вечером, так что в башню мы вернулись уже затемно. Я даже к маме не заглянула, хотя обычно всегда забегала к ней пожелать спокойной ночи. Быстро поужинала и привела себя в порядок. Завтра предстояло ответственное и сложное дело — знакомство с предками, живыми и мертвыми, надо как следует отдохнуть.
С этими мыслями я и забралась в кровать, намереваясь поскорее уснуть. Но время бежало, а сон, несмотря на усталость, так и не приходил. Я ворочалась с боку на бок, размышляя обо всем, что сегодня случилось, и, что ждет меня в ближайшем будущем.
Сердце то начинало колотиться, то замирало в предвкушении чего-то необычного, чудесного, волнительного. А еще просто-напросто было страшно.
Я в очередной раз зевнула, устроилась поудобнее и попыталась расслабиться."
"Страшно или нет — не имеет значения. Есть такое слово: «надо», значит, придется пройти через все встречи и ритуалы. Просто сжать зубы и перетерпеть, думая о чем-нибудь приятном.
Об Айтоне и его последних словах.
Как же мне хотелось в них верить…
О Кронерде Эвераше, моем настоящем отце, которого я совершенно случайно нашла, и чью незримую поддержку ощущала теперь каждое мгновение…
О маме и о том, как она изменилась. Бодрая, оживленная, неутомимая, новая Гестина разительно отличалась от той бледной, немощной тени, что жила рядом со мной в Кайнасе…
Дверь бесшумно отворилась, и в тишине полутемной спальни послышались осторожные шаги. Даже не видя гостью, а уже безошибочно угадала, кто это, и радостно улыбнулась — легка на помине.
— Доброй ночи, мам.
— Не спишь, Эли? — обрадовалась мама. Легкой тенью скользнула к кровати. — Можно к тебе?
Я молча подвинулась, приподнимая одеяло, и родительница нырнула ко мне. Обняла, знакомым жестом пригладила волосы.
— Ты не зашла ко мне сегодня вечером.
— Устала. Да и поздно было, не хотела беспокоить, думала, ты уже спишь.
— Мы почти не разговариваем в последнее время, — мама нахмурилась.
