Горгул с драконом, убедившись, что все в порядке, собрались назад, в питомник, но перед уходом еще раз придирчиво меня оглядели. С каждым днем во мне все сильнее крепнет подозрение, что это не они, а я их подопечная — первая в истории Лагора Хозяйка, трепетно опекаемая фамильярами.
— Если они тебя обидят, сразу скажи. Всех загрызу, — напутствовал, размахивая лапами, Хвич.
— Загрызем, — сурово соглашался Мишь.
— А Лус Серкусу в морду плюнет. Обязательно. Потом. — Горгул кровожадно оскалился.
— Он переживает, — дракон оказался более жалостливым.
— Очень. Хочет уйти.
Сочувственно кивнула — магические спутники обычно искренне привязываются к своим алхорам, и фамильяру Тэйна-старшего сейчас приходится нелегко.
Хвич с Мишем растворились в сумраке теневой тропы, и меня тут же отправили отдыхать, а мама осталась разговаривать с Эверашами.
Задремала я быстро, но спала плохо и беспокойно, постоянно вертясь с боку на бок. Ровно до тех пор, пока сквозь тревожное забытье не почувствовала, как меня обнимают, прижимают к груди, гладят по волосам, и мамин голос не произнес:
— Я здесь, солнышко… Я рядом.
И я заснула, чтобы проснуться уже на рассвете. Тьма помогла или мамино присутствие, но, несмотря на короткий отдых, чувствовала себя бодрой, отдохнувшей и готовой к встрече не только с архами и советом, но и с лэйрами дознавателями. Сколько бы их там ни было.
****
Собирались быстро и деловито, без лишних слов и разговоров — что хотели, уже сказали друг другу накануне. Привести себя в порядок, позавтракать, выпить укрепляющего отвара.
.. Все. Пора отправляться.
Ранглот исчез первым. Архи еще до совета планировали обсудить какие-то свои дела. Чуть позже ушел Дивен, чтобы успеть занять место в первом ряду на балконе. Дед не был членом совета и архом ему пока становиться рано, но как любой алхор он имел право присутствовать на заседаниях в качестве зрителя. Через полчаса после Дивена настал и наш черед.
Отец обнял меня и маму за плечи, прижал к себе, и его тьма окружила нас, замыкая тесный семейный круг.
Теневая тропа послушно легла под ноги и побежала вперед, чтобы спустя несколько мгновений распахнуться в здание совета.
Длинный, роскошно обставленный коридор вывел нас к высокой двери, которая тут же открылась, а потом захлопнулась за нашими спинами, отрезая от остального мира и от мамы, которую по просьбе Кронерда Остар, его помощник, увел в комнату для свидетелей.
Шаг...
Другой...
Отец остановился первым, давая мне возможность освоиться.
