— Самый опытный и способный, — подхватил Эвераш. — Знаю. Но один он не справится. Теперь уже нет. Неужели ты сам до сих пор не понял, что с тобой происходит?
— Я ж говорю, дурак... — проворчал Хвич, и, судя по тому, как дернулся Айтон, на этот раз горгула услышали все.
— Мне жаль, — произнес Эвераш и добавил уже громче: — Лорд Айтон Нетгард, как полномочный представитель совета, я отзываю вас из Кайнаса. до полного выздоровления. Остар, проверишь. Элис, — теплая рука бережно сжала мои плечи, разворачивая к дому.
— Идем.
Шаг... Другой...
Было физически тяжело тронуться с места, начать двигаться, оставить Айтона одного, во дворе. Но я все же ушла. И даже короткое отчаянное: «Лис», ударившее в спину, хоть и заставило сердце биться чаще, не остановило.
Что бы я не чувствовала к Айтону, душу продолжала жечь обида. Не поверил, не выслушал, прогнал. А еще я помнила… слишком хорошо помнила нежное «Ренни», которое он шепнул своей невесте. Смешно, но именно это короткое слово, сказанное в тот тяжелый момент, я никак не могла ни забыть, ни простить.
"
"А еще я просто жаждала немедленно поговорить с Эверашем и понять, наконец, что за представление он здесь только что устроил.
Оглянулась, только когда за спиной с шумом захлопнулась дверь. В просторной трапезной мы были одни. Постояльцы исчезли, благоразумно затаившись по своим комнатам. Остар задержался снаружи. Горгул...
— Где Хвич?
— Во дворе. Им с Айтоном есть, что обсудить, — Эвераш на мгновение запнулся и твердо закончил: — Нам с тобой тоже.
Это верно. Я ведь о многом хотела расспросить. Но встреча с Айтоном разбудила воспоминания, которые я изо всех сил старалась поскорее похоронить в памяти, и окончательно выбила меня из равновесия.
Бессонная ночь у постели умирающей мамы, тягостное, тоскливое ожидание неизбежного конца. Прибытие высших, отчаянный, почти безнадежный торг с ними. Товиль, рассказ служанки, потерявшая рассудок леди Олиция. Спешное возвращение на постоялый двор, нежданно-негаданно обретенный отец, Хвич, которого пришлось отпаивать кровью, и, наконец, появление Айтона.
Слишком много событий и впечатлений для одного дня. В душе царила сумятица, в голове роились тысячи догадок и предположений, сплетаясь в один растрепанный ком, но усталость и потрясение уже брали свое. В висках молотками стучала кровь, руки тряслись от напряжения, и у меня никак не получалось собраться с мыслями...
