Они живыми кляксами скользили вокруг, извивались, бормотали. Я ясно слышала их шелестящий шепот. Когда я приблизилась, они заволновались, метнулись ко мне, окружили, подталкивая в спину, заставляя идти быстрее, и я ускорила шаг, побежала... полетела вперед.
— Айтон…
— Стой! — ударил в грудь резкий приказ, и я замерла, уткнувшись в невидимую преграду.
— Оставьте нас, — последовало следующее распоряжение.
Позади зазвучали шаги.
Миг...
Другой...
— Позволь мне остаться, — нарушил тишину мягкий женский голос.
Айтон поморщился, шевельнулся, над его головой вспыхнул слабый огонек, очерчивая световой круг, и я увидела стоящую за креслом Верену.
— Нет, Ренни, я хочу поговорить со своей... альтэ наедине.
Ладонь Айтона на мгновение накрыла лежавшие на спинке кресла тонкие пальцы, а потом снова вернулась на колени.
Леди Тэйн поколебалась, бросила на меня долгий взгляд — и столько в нем было ненависти, мстительного, торжествующего злорадства, что я невольно поежилась, — а потом отступила.
Быстрый перестук каблучков, дальний хлопок двери, и мы остались одни.
— Айтон, как ты? Я так волновалась... Я...
Высший поднял руку, останавливая сумбурный поток моих слов. Заговорил сам, глухо, тяжело, но уверенно и четко.
— О том, кто ты, я знал с самого начала, леди Аэлаисса ли Норд, поэтому новостью для меня твое происхождение не стало. Я выяснил это на следующий день после нашего знакомства, еще до того, как дал слово не ворошить твое прошлое, но ты так забавно отстаивала свою тайну, что я решил тебя не смущать, — он невесело усмехнулся.
— Я не считаю, что дети должны расплачиваться за грехи родителей, поэтому дал тебе шанс, только просил не обманывать. Предупредил, что ненавижу ложь. Помнишь?.. А ты меня предала... И не один раз.
— Айтон, — рванулась вперед, но преграда не пустила, и я, прижавшись к разделяющей нас стене, заговорила горячо и быстро: — Эта запись… Клянусь, все было совсем не так… Не совсем так… Я виделась с отцом, правда, но отказалась ему помогать. Картинки в этом вашем амулете… Половина нашей беседы куда-то исчезла.
— Информацию в артефакте нельзя подделать, частично изменить тоже. Она сохраняется вся и сразу, без искажений, — услышала я твердое, и сердце замерло в груди, а потом оборвалось, рухнув куда-то вниз.
Ладно, Чидлис, он так уверен в непогрешимости этого их артефакта, что даже мысли об ошибке не допускает, но Айтон... Айтон! Он тоже мне не поверил.
— Элис, ответь, ты встречалась с женихом? — снова донесся до меня голос высшего.
