Подумать о домашних делах — тем более. Мне это даже в голову не пришло.
— Все будет, девочка, — пообещал то ли мне, то ли себе Айтон. — Обязательно. — На мгновение прижался к моему лбу своим… Отстранился… И легонько подтолкнул меня к выходу. — А теперь, иди. Беги… найтири, пока отпускаю.
Я шла по аллее сада к ожидающему у ограды экипажу и улыбалась. Хотя, если бы меня спросили, почему, точно не ответила. Все это было странно, удивительно, необъяснимо, но… Я третий раз покидала этот особняк, но впервые мне хотелось, если не остаться, то хотя бы задержаться чуть подольше.
Высший вызвал меня следующим вечером. А потом через день… Два… Снова через день…
Я начала привыкать к своему новому, странному образу жизни. И даже ждать назначенных встреч, предвкушать их…
Днем меня подхватывали, кружили, занимали привычные дела, приглушая все остальные мысли. Домашние хлопоты, подготовка запасов на зиму, планирование доходов и расходов — суета, давно превратившаяся в обыденную. Только сейчас, с появлением денег, все стало намного проще и легче.
И купить дрова, и договориться с лавочниками, и выбирать на рынке не то, что можешь себе позволить, а то, что действительно нужно.
У нас теперь было достаточно средств, но я не собиралась бездумно разбрасываться ими. Только самые необходимые траты, остальное — откладывалось и отправлялось в тайник.
Да, Айтон обещал после расставания выплатить определенную сумму и помочь устроиться в имении. Но мало ли, как все обернется? Беспечность никого до добра не доводила.
А еще, я очень хорошо помнила один из пунктов подписанного документа. Высший имеет право разорвать соглашение в любой момент без объяснения причин. И без выплаты какого-либо вознаграждения, если посчитает, что я не соблюдаю договоренности. В этом случае у меня останется только то, что уже получила.
Не совсем ясно, если не сказать — туманно, и это тревожило. Нет, я ничего нарушать не собиралась, но кто знает, что высшему в голову придет или померещится? Именно поэтому, мы с Уной продолжали экономить на всем.
И в лес, собирать грибы-ягоды ходили. И работать не прекратили. Наоборот. Теперь, когда у всех имелась метка, Толла могла, ничего не опасаясь, вполне официально принять меня на работу и назначить жалование. Что она и сделала.
Правильно управлять поместьем — долг и обязанность каждой аристократки. Меня с детства готовили к этому, учили вести хозяйство, и сейчас уроки наставниц очень пригодились.
