Граф Суворов 5 (СИ)

— Можно же в конце концов переманить людей, найти не таких фанатичных, кого-то подкупить, кого-то соблазнить. Угрожать, похищать — в конце концов.

— Пробовали. Вот только я напомню — они тщательно воспитываемые фанатики, которых отбирают в раннем детстве. Нет, конечно, бывают исключения, но они лишь подтверждают правила. — ответил Багратион. — А кроме того, опыт, когда гигантские суммы и десятилетия сливались на исследования и разработку лекарств, а потом выяснялось, что твой ведущий специалист — двойной агент, которого ты на самом деле не завербовал, а он продолжал работать на орден.

— Это уже не орден, а тоталитарная секта получается, с накачкой членов высшим руководством. — нахмурившись проговорил я.

— И наркотиками. — кивнул Багратион. — По крайней мере ходят такие упорные слухи. Иначе сложно объяснить ломку, возникающую у тех, кто попытался выйти из ордена, или тех, кого из него похитили.

— Давай подытожим. У нас есть гигантская секта, состоящая из умных, преданных своей идее людей, которых на этом принципе воспитывают с детства, но на всякий случай еще и держат на наркоте.

Все ее члены действуют в интересах «человечества», а кто сегодня у нас не входит в это понятие решают в одной из трех штаб-квартир, и все они вне нашей территории. — начал перечислять я, загибая пальцы. — При этом больницей в Тифлисе руководит этнический турок, а пытавшаяся отравить тебя женщина была норвежкой.

— Скорее шведкой. — покачал головой Константин.

— Да без разницы. — отмахнулся я, стараясь не упустить мысль.

— Получается у нас на территории государства, гигантская чужеродная машина, которая оказывает влияние на обычных граждан, которых они лечат почти за бесплатно, но платим за это удовольствие мы сами. Так?

— В целом верно. — кивнул Багратион. — Только учитывай, что это не только у нас, но по всему миру.

— Кошмар… а я еще удивлялся, как у нас под носом может существовать секта поклонников монстров и чудовищ. — пробормотал я, схватившись за голову. — А она, оказывается, самая меньшая из наших проблем.

— Ну не все так плохо. — заметил Константин. — До тех пор, пока они придерживаются своих основных принципов, это и в самом деле инструмент мира. Сколько людей они спасли и спасают ежедневно в своих клиниках, госпиталях и сельских кабинетах — даже оценить сложно. Так что государства мирятся с небольшими сложностями по работе с орденом, из-за его высокой эффективности.

— А что, если они начали изменять своим принципам? — спросил я, взглянув на Константина.