Граф Суворов 5 (СИ)

Снаряды легли кучно, не смотря на расстояние больше километра для наших орудий это было совершенно не о чем, но лететь им было почти секунду, и я успел подумать о многом. К счастью, противник пережил первое попадание, лишившись лишь носовой брони и башни основного калибра.

— Ответить на вызов. — сказал я, а затем, чуть подумав, выделил оставшихся врагов. — Выбирайте цели по вкусу, уж с катерами все справятся.

— Говорит капитан «Мусвата», Вахтанг Георгадзе. — произнес мужчина, которого я без проблем узнал. На заднем фоне у него все искрило, освещение мигало, а часть мостика и вовсе осталась без света.

— Вы же не собираетесь убивать собственных сограждан и подданных?

— Несколько секунд назад вас это не беспокоило. — усмехнулся я. — Всем кораблям противника, немедленно садитесь, и тогда вам будет сохранена жизнь. Повторяю, немедленно произведите посадку, выйдите без оружия и брони, и тогда вам сохранят жизнь.

— Нам нужно подумать. Пять минут. — усмехнувшись произнес Георгадзе.

— Нет проблем, но боюсь через пять минут от вас уже ничего не останется.

Не прекращать огонь! — приказал я, и сразу несколько огненных вспышек обозначили попадания наших стрелков по катерам противника. Небо, такое безоблачное в начале боя, заволокло столбами дыма и облаками гари.

— Принц дал вам две минуты! — нахмурившись напомнил Георгадзе.

— Увы, я не принц. — прямо ответил я. — Хотите спасти своих людей — садитесь немедленно. По судам, идущим вниз — не стрелять.

— Мы сдаемся. — нехотя сказал меньшевик. — Всем прекратить огонь, орудия вверх.

Садимся в обозначенном квадрате.

— Прекратить огонь. — с облегчением приказал я, отключив связь. — Ведем их под прицелом до самой земли, попытаются бежать — можете стрелять.

— Они уже сдались, к чему бить по проигравшим? — нахмурившись спросил Погоняйло, переводя тягу с маневровых двигателей на маршевые, чтобы снизить износ судна и нагрузку на инженерный отсек.

— Враги должны превращаться либо в пленных, которых можно обменять на наших парней, либо в трупы. — просто сказал я.

— Оставлять бегущему врагу жизнь, значит самому давать ему в руки оружие, прося убить наших соотечественников.

— Сбежавший враг трижды подумает, вернуться ему на поле боя или остаться дома. — заметил кап-два. — А если мы будем добивать всех, они лишь станут отчаянней сопротивляться, нам же нанося урон.

— Зачем всех? Пленных мы не тронем, больше того — окажем достойную медицинскую помощь. — ответил я, переводя взгляд с капитана на спускающиеся с небес суда.