Но, возможно, симптомы пока просто не проявились.
— Превосходно. — выдохнул Меньшиков, на долго прикладываясь к бокалу сам. — Итак, провал за провалом. Я хочу знать — почему? До этого система сбоев не давала.
— Он… странный. — не сумев сформулировать четче сказал Ульянов.
— Это мягко сказано. — усмехнулся Берегов. — Мальчишка знает то, чего в его возрасте знать не может по определению. При этом в совершенно разных областях. На допросе он отвечал так, будто его до этого натаскивали юристы. Отлично знаком с формальными правилами устава и с не формальными законами.
Меньше чем за неделю заработал себе авторитет среди матерых беспризорников и сирот.
— Гений? — саркастически спросил Меньшиков.
— Возможно. — неопределённо покачал головой Берегов. — Птички донесли, что, когда он уверен, что находится в одиночестве — возносит молитвы святой Марии. И самое забавное, что по свидетельствам это не просто мольбы, а скорее разговор. Двусторонний.
— Шутить изволите? — вздрогнув посмотрел на безопасника Ульянов. — Хотите сказать, что у нас возвышенный в училище?
— Возможно.
— вновь ответил Берегов, откинувшись на спинку кресла. — А возможно он просто находится на постоянной связи с куратором. Сегодня с утра мне сообщили что в жандармерию поступило еще несколько тел, которых удалось опознать как наших учеников. А учитывая, что о пропаже мы не заявляли…
— Хотите сказать, что мы под подозрением не только у Суворовых? — прямо спросил Меньшиков, прекрасно понимающий чем грозит межклановая грызня в это время.
Они пользовались безоговорочной поддержкой прошлого императора, а позже — его вдовы, и уже это делало их нелюбимыми монархом сегодняшним. А если еще и соседи по опасному бизнесу начнут вставлять палки в колеса…
— Пока я ничего не могу сказать. Дело удается держать под контролем, но следующий труп может стать той соломинкой, что переломит хребет верблюду. — произнес Берегов, поднимаясь. — Честь имею господа. Мне еще рапорт о сегодняшнем происшествии составлять.
— Когда это он начал заботиться о бумажках? — удивленно проговорил в спину безопаснику Ульянов, и в кабинете надолго повисла тишина.
— Пошли прочь! — не сдержавшись махнул рукой Меньшиков. — Мне еще с вашими косяками разбираться. Выкручивайтесь сами! Придумайте как вернуть Гене потерянный престиж!
Подчиненные не посмели спорить, и низко поклонившись вышли из кабинета. Князь несколько секунд раздумывал, что бы ему подняло настроение, а затем нажал кнопку на селекторе.
— Да, ваша светлость.
