Граф Суворов. Том 10

И ничего, люди объединились с армией и аристократией. А главное — победили.

— Тут я спорить не стану. Когда даже закоренелые уголовники и заключенные идут на фронт, грех не встать на защиту родины. — ответил я. — Особенно если у тебя есть дар. Вот только это не помешало идти войне долгие годы. А значит и желание победить, и союзники, и планы…

— Давай сменим тему? — со вздохом попросила Ангелина, и я не стал спорить, доказывая, что в этом мире народ с аристократией объединялся не слишком охотно. Предприниматели и купцы лишь во второй половине войны осознали истинное положение дел и начали переводить предприятия на военное русло, а изнежившиеся аристократы, до этого считавшие себя просто избранниками богов, вдруг поняли зачем именно им была дана сила резонанса и отправились на фронт поголовно.

В моем мире все было совсем по-другому. Совсем…

От неприятных мыслей меня оторвал новый щелчок в динамике, на сей раз на канале с музыкой и вместо оборвавшейся мелодии заиграла знаменитая мелодия — Полет валькирий, которую я узнал с первых же нот.

Не даром мы ее несколько раз прослушивали перед вылетом всем командным составом.

— Отличная мелодия. — усмехнулся я. — Вот скука и закончилась.

Позади кабины загудел двигатель автомата заряжения, подавая снаряд в ствол, орудия ПРО спешно набирали первую оперативную ленту. Ни одного лишнего слова в эфире, и все же я прекрасно чувствовал, как нарастает напряжение в воздухе. А спустя минуту воздух вспыхнул огненными бутонами взрывов вокруг Кронштадта. Приманка сработала, но, к сожалению, не та.

К счастью девушки, удержали щиты корабля без пробоин.

— Эскадрилья! За мной! — крикнул я, включив канал перехватчиков. — Делай как я!

На боковой интерактивной панели загорелось несколько сигналов подтверждения готовности и я отвернул от основной флотилии. Радары уже работали на полную мощность, скрывавшиеся в небесах корабли ДРО обратили свои взоры на землю и на трехмерной карте отобразилось предполагаемое местоположение врага."

"— Рывок до трехсот. Приготовится.

— сказал я, вжав себя в спинку кресла, а через мгновение меня уже было не отодрать — ускорение сделало свое дело, сплющивая мягкие ткани и прижимая внутренние органы к позвоночнику. Щеки впали, веки стали невыносимо тяжелыми, но все это длилось лишь секунду.

— Кулак бьет ведомый. — коротко прокомментировал адъютант Михаила. Но это и так было понятно, ударная группа, скрывавшаяся за складками местности, поднималась из-за холмов, ни на секунду не прекращая обстрел.