— А ведь это идея. — ухватив за хвост ускользающую мысль сказал я. — Нужно сформировать трибунал, распустить слухи что никто не собирается церемонится с предателями, но при этом мы простим тех, кто принесет головы зачинщиков. Постараемся сделать так, чтобы от проигравших отказались старшие родственники, приносившие клятвы моему отцу и деду.
— Может сработать. — воодушевилась Мария. — Нужен показательный пример, а лучше два. Но с этим уже можно работать. Выбрать древние, явно негативно настроенные фамилии, и заставить их лишить своих пасынков наследства и имущества, заодно объявив награду за живых или мертвых.
— Хорошо. В таком случае начнем именно с трибунала. Потом приемы и только потом казни. — решил я. — Главное не переборщить. И конечно массовая обработка населения с нашей точкой зрения.
После того как решение было принято, мы разработали медиаплан, стратегию продвижения, как на территории противника, так и на нашей. Следующим шагом стало санкционированное вмешательство тайной канцелярии, князь Багратион, согласившийся на службу вместо своего отца, и так вызывал в обществе лишь отторжение, а уж после того как он официально выслал своих дознавателей и начался процесс…
Одновременно со следствием, во время которого неугодных хватали даже на балах и приемах, мы, собственно, и занимались организацией этих приемов.
Прямо скажем, оказалось, что организовать пир во время чумы дело крайне тяжёлое и неблагодарное. Кто-то боялся преследования и отсиживался в своих особняках, другие намеренно лезли на рожон чтобы стать мучениками.
— Ваше сиятельство, я крайне соболезную вам и вашей супруге. — вздохнув говорил я очередному старику-князю, во время бала пришедшему просить за свою кровиночку, утащенную в подвалы тайной канцелярии. — Но, до тех пор пока следователи действуют в строгом соответствии с законом, сделать ничего не могу.
— Закону? Это когда великий дом Амурских в один ряд с простолюдинами перед законом встал? — гневно вращая глазами спросил старик с жиденькой бородкой и в старом военном мундире, ради такого случая найденном где-то на дне гардеробной.
— Мы боярский род, и отношения к себе требуем соответствующего!
— Вы совершенно правы, ваше сиятельство. Боярский, великий… и всё прочее. В противном случае их бы расстреляли на месте, а не проводили следствие с задержанием. — жестко ответил я, заставив старика осечься.
