Граф Суворов. Том 15 Финал (СИ)

Пилот катера понял всё без дополнительных указаний, и вскоре мы пришвартовались в ангаре.

— Надо будет что-то придумать с доспехами. — пробормотал я, выбираясь из архангела. — Доставьте броню в штурмовой ботик.

— Так точно! — отчеканили встречавшие меня вояки, и я рывком ушел по коридору, в сторону мостика. Немного не рассчитал скорость, так что чуть не протаранил собой не успевшую открыться дверь, пришлось активировать шаг сквозь пространство, но зато на мостике я был уже через пару минут. Всё же артиллерийский крейсер был куда компактней линкора Петр Великий.

— Капитан на мостике! — успел гаркнуть Жеглов, когда я влетел в помещение.

— Вольно. — бросил я, занимая место командира. — Держитесь в полукилометре над поверхностью моря. Щиты на максимум, боеприпасы экономить. У нас есть время до прибытия Тарана, попробуем использовать его с умом.

— Командующий первой ротой будет через полчаса. — осторожно заметил Жеглов. — Мы за это время ничего не успеем.

— Опаздывает. — поморщившись ответил я, не теряя времени настраивая энергетический контур судна под свои параметры.

— Есть высота пятьсот! — тут же отрапортовал один из знакомых офицеров, и на душе стало теплее. Вся команда Гнева империи была мне близка, словно большая семья, с которой я рос, ведь именно так и было. Лишь пара офицеров — не из числа кадетов Суворовского училища или высшей военной академии. Но даже те — давно обстрелянные и верные воины, с которыми пройден не один десяток битв.

"— Всем приготовится. — сказал я, прикрыв один глаз и активировав истинное зрение. Проводящий металл, расходящийся от капитанского кресла, стал продолжением моих меридиан, а через мгновение через них наружу вырвались потоки энергии, многократно усиленные резонансным реактором.

И внизу разверзся ледяной ад.

Четыре часа спустя, мостик Петра Великого.

— Может мы зря туда летим? — проговорил один из адьютантов Романа, и командующему ничего не оставалось, кроме как кивнуть.

Тридцатикилометровый вход в залив был заткнут гигантским, ощетинившимся иглами словно ёж, айсбергом, возвышающимся на добрых десять метров над волнами. Бритвенно-острые сосульки и лезвия перекрывали выход к берегам, и нанизанные на них искаженные твари дергались в конвульсиях. А в толще льда проглядывали другие, растрескавшиеся под давлением и насквозь промороженные искаженные.

— Доклад от берегового гарнизона.