Граф Суворов. Том 15 Финал (СИ)

Механоид рассказал, что многие из освобожденных вами людей решились бросить всё и направиться в их центры… а потом оттуда хлынули искаженные твари, которые захватили многие территории.

— Мне об этом не докладывали. — нахмурившись проговорил я.

— Возможно потому, что это укладывается в поставленные вами задачи для разведки7 — пожал плечами Максим. — Всё же многие наши противники были вынуждены отвлекать на укрепление границы большую часть сил… Но теперь это не так важно. Главное — законы физики, вновь изменились.

Не критично для биологической жизни, ну подумаешь подниметься температура у всех людей на полградуса. Но зато крайне критично для техники высоких температур и давлений. Те материалы, которые мы рассматривали для ракетостроения уже не подойдут. Они просто не выдержат.

— Сделай толще. — пожал я плечами. — Заложи больший предел прочности.

— Точно! Сделать толще, и как я сам то не догадался. — всплеснул руками Максим, и посмотрел на меня как на идиота. — Ваше высочество, я всё понимаю, но вы не техники и не инженер, и простите уж, но и не станете ими никогда.

Если сделать материалы толще — то ракета просто не взлетит из-за излишней массы.

— Слушай, я не на что не намекаю, но у нас тут квадратные корабли, весом в десятки тысяч тонн, летают, не то, что алюминиевые трубки с топливом. — прокашлявшись сказал я. — Может ты просто не с той стороны подходишь к проблеме?

— Угу, а ещё я забыл про космическую радиацию. — фыркнул Краснов. — Нет, ваше высочество, увы, но я ничего ен забыл.

Вернее мы. Стоит вам отлететь от земли на сотню-другую километров, и воздействие прорывов хаоса нивелируется, а дар исчезнет. Нельзя вывести на орбиту земли спутник на резонансе.

— Так. — я зажмурился, пытаясь прийти в себя. — Так. Ты хочешь сказать, что ракета не взлетит, потому что внизу мешает диссонанс, а наверху его меньше?

— Да, всё верно. — пожав плечами ответил Краснов.

— И до какой высоты этот эффект сохраняется? — уточнил я.

— Ну, в районе тридцати километров от земли разницы вы не почувствуете.

Но суда выше двадцати не поднимутся, а для запуска боеголовки по Варшаве этого мало. — ответил Максим.

— А если мы возьмем большой стратостат. Очень большой, в десятки раз больше чем тот дирижабль на котором мы летали к центру Тунгусской зоны, и поднимем на нем ракету, скажем, до тридцати километров? — поинтересовался я. — Оттуда её можно будет запустить?

— С кучки воздушных шаров? Нет, они её просто порвут.