Граф Суворов. Том 2

— кивнул я, дождавшись пока скорлупа кабины захлопнется, и ее страус уйдет за крепость. Второй засадный «полк» хотя какое там. Четыре машины. Да, под управлением более-менее опытных пилотов. Да, снабженные тяжёлыми и очень скорострельными пулеметами, враз просаживающими щиты. Но всего четыре, и миссия у них была одноразовая.

— Пятиминутная готовность. — напомнил Шебутнов, пристроившийся вместе со мной на стене, под штурмовыми щитами. — Ну, Сашка, если ты не прав…

— Нормально все будет. Тяжело, но нормально. — хмыкнул я.

Хоть мы и готовились к этому моменту, стартовая сирена все равно застала нас врасплох. Взвыли громкоговорители и рота противников в полном составе, бросилась к окопам. С нашей стороны тут же заработали снайперы и гранатометчики, благо запас у нас был удвоенный."

"— Дальняя один! Залп! — скомандовал я, и почти три десятка ручных ракетниц выплюнули гранаты по заранее отмерянным точкам, а в следующее мгновение над полем растеклись кляксы краски, замершие в резонансных щитах.

Я стрелял вместе с остальными, правда не из стандартной ракетницы а из собственной — врученной мне Романом. Ничего особенного, такой же ложный ствол, в который спереди вводился снаряд, до щелчка, просто с более удобной прицельной планкой и рукоятью. А еще — привычный.

Слаженный залп разрушил щиты и заставил тяжелую, медленную пехоту, захлебнуться гранатами. Пятерых мы выбили во время второго удара, еще троих — после четвертого. Спустя всего минуту от тяжелой пехоты противника оставалось меньше десяти человек, и это при том, что одно звено при поддержке почти двадцати пехотинцев отправилось в лес.

— Дальняя три! Залп! — скомандовал я, выцеливая длинный коридор, идущий между окопами. — Центр один! Внимание! Центр один! Залп!

Отстреляться нам удалось еще дважды, после этого страусы противника подошли слишком близко и пулеметы врага застрекотали по нашим позициям. Пусть по условиям военных игр они и не могли пробить штурмовые щиты, но сила удара была такой что рыцаря чуть не сносило очередью вместе с броней.

— Меняем укрытие! Башни огонь! — скомандовал я, и тяжелая пехота, под перекрестным огнем страусов и нескольких выживших гранатометчиков Долгорукого начали демонстративно отступать к центру крепости. Уходя со стен и уводя большую часть защитников. По крайней мере так должно было казаться снаружи.

Гранатометчики врага, прячась по окопам, перевели огонь на наши внешние — передние башенки.