Граф Суворов. Том 2

Поговорку про десять тысяч часов никто еще не отменял. И тут дело не в «бойся воина, освоившего один удар и оттачивающего его всю жизнь». Просто моя загруженность напоминала ослика, который тащит за собой железнодорожный состав."

"Тренировки, медитация, учеба, тренировки, медитация, сон — повторить. Да, я справлялся куда лучше остальных, мышечная масса росла с утроенной скоростью, кости вытягивались на глазах, а старые навыки находили новое применение. В конце концов большую часть простых вещей я не осваивал, а просто вспоминал и закреплял моторикой.

Те же стрельбы давались мне без особых проблем, а уж конструкция автомата не вызывала никаких вопросов. Тем более она подозрительно напоминала Калашников, хоть и носила имя Воронцовых, или просто Ворон. Рукопашный бой тоже давался без особых проблем, являясь частью духовных практик.

И тем обиднее было раз за разом получать по голове учебным деревянным мечом. Нет, стоило мне ускориться, вложить в третий глаз и конечности прану, и я просто побеждал своих одноклассников на классе.

Быстрее, выше, сильнее — это про меня. И все же техника боя на холодном оружии разительно отличалась от всего что я знал и умел.

— Атака, верхний крест, от плеча, блок скользящий! — командовал Дали, для закрепления эффекта ударяя розгой по подставленным конечностям. Я мог бы их убрать, пользуясь ускорением, но боль иногда помогает закрепить опыт.

— Кисть! Кисть мягче. — продолжал наставник по фехтованию. Как одновременно держать руку расслабленной и удерживать в ней полуторакилограммовый меч я уже понял, нужно до этого просто позаниматься с трехкилограммовыми булавами.

Один раз такими помашешь и мигом забудешь обо всех усталостях тела. Просто, потому что мышцы, используемые во время упражнения очень специфичны.

Впрочем, и бой, которому нас учил Дали, весьма и весьма отличался от всего что я видел в играх и фильмах. Никаких тебе красивых и эффектных прыжков, разворотов и тому подобного. На мгновение выпустил противника из поля зрения — все, ты труп. Повернулся спиной, подставил ноги, слишком поднял руки — аналогично.

Просто в нашем варианте меня по этим местам били.

Так очень быстро я усвоил что пружинистая стойка — для того чтобы можно было в любой момент отскочить, или наоборот пойти в контрнаступление. При этом шагать, в привычном смысле этого слова, было практически невозможно. Чуть сменил положение передней — левой ноги, и вот ты уже не можешь отступить. Сдвинул правую, и атака, идущая от плеча, стала слабее.