Граф Суворов. Том 4

 — представился мужчина, едва заметно поклонившись. Казалось, что доспех просто качнулся из-за ветра, хотя какой должен быть ураган чтобы покачнуть ЭТО я не знал. — Прошу оставаться на своем месте, до прибытия следователей тайной канцелярии. Вынужден настаивать, в случае неподчинения, буду действовать по инструкции."

"— Что есть служба, если не жизнь по инструкции. — усмехнулся я, глядя как другие группки добровольцев так же окружают приземлившиеся снеговики. — Могу я сесть или продолжить осмотр на предмет раненых?

— Это… допустимо, если вы не будете направлять их оружие в сторону моих бойцов.

 — спустя пару секунд ответил командир.

— Хорошо, а то эти бедолаги в большинстве случаев даже не понимали, скорее всего, за что их сюда гонят. — заметил я, подходя к следующему телу. — Да, и для протокола, я сомневаюсь, что у оставшихся здесь есть хоть что-то, способное повредить бронекостюму вашего класса. Они все же рассчитывали взять академию с богатыми детками, а нарвались… на нас.

— Да, с информированием у них было очевидно не все ладно.

 — проговорил капитан, и я услышал в его словах долю иронии. Несмотря на то что нам, очевидно, не помешала бы помощь с ранеными, никто из гвардейцев даже не шелохнулся в нашу сторону, пока рядом с академией не приземлилось сразу несколько шлюпов без гербов.

Даже с активным третьим глазом и усиленным восприятием я не сумел вычленить их на небе, пока они не попали в свет прожектора. А за тем, во все стороны от шлюпов, словно муравьи-разведчики, побежали люди в характерной черной униформе, которых в таком количестве было просто невозможно не опознать.

— Дамы, господа, ответственный за этот сектор, старший канцелярский советник, Всеволод Владимирович Еремушкин. — прямо с ходу представился конторский. — Прошу всячески содействовать расследованию произошедшего.

— Можете просить. — кивнул я, поднимаясь и вновь выступая вперед. — Но прежде советую получить разрешение от родителей присутствующих, или старших в роду. Думаю, так будет правильней. Что же до наших противников, то вот они, кого сможете спасти — все ваши.

— Александр Брониславович, я полагаю? — спросил, улыбаясь лишь уголками губ, конторский. — Сожалею, что с вашими радетелями мне переговорить не удастся…

— Я тоже, но в род я принят, и фамилию Суворовых ношу по праву. — легко поняв намек оборвал я конторского. — Так что, в самом деле, давайте прекратим этот балаган и каждый займется своей работой. Вы — опросом свидетелей, я докладом главе рода.