Граф Суворов. Том 4

 — выждав положенную паузу сказал император, и выпрямившись я разглядел довольно молодого, чуть за сорок, мужчину, с несколькими белыми локонами в аккуратно уложенной шевелюре. Военный мундир, черного цвета, украшало всего пара орденов, зато я ни секунды не сомневался — оба заслуженные."

"Вот только зацепился мой взгляд не за одежду или внешний вид императора, и даже не за его мощную, подавляющую ауру, с ярко выраженными и развитыми чакрами, а за человека, стоящего позади него, по левую руку. Если быть точным — девушку, пока держащуюся в тени, но с на столько характерной аурой что не узнать ее было невозможно.

— Эй, ты вообще слушаешь что он говорит? — ткнув меня в бок спросил Константин, и я понял, что, сосредоточив зрение совершенно упустил из виду приветственную речь государя.

— …однако, даже в эти темные для империи времена, среди подрастающего поколения все равно находятся самородки, юноши и девушки, способные затмить своими силами и умениями великих героев прошлого. — говорил Петр, цепким взглядом пройдя толпе под ним.

 — И особенно радостно, что сегодня, в этот весенний день, перед нашими взорами сойдутся в финале турнира представители, верно служащих империи фамилий. Суворовы и Долгорукие, столпы нации!

Из зала послышались жидкие аплодисменты, мгновенно переросшие в гул, но стоило императору поднять ладонь, как все смолкло.

— В подтверждение древних традиций, и в следствии новых реалий, в которых их приходится применять, сегодняшний поединок пройдет под знаком благословления от рыцарской дамы.

 — проговорил государь. — Своим решением, и в соответствия с законами империи, я представляю вам мою дочь, новую княгиню, Марию Петровну Морозову. Прошу, дочка.

Мальвина вышла вперед, и впервые я ощутил их схожесть. Одно дело, догадываться, даже знать точно, и совсем другое — видеть своими глазами. Как бы я не хотел, но даже накидывая на нее ярлыки и сравнивая поведение с тем, что было раньше невозможно было не признать, держится она царственно.

Холодная вежливая улыбка, скользящий, никого не обижающий, но и никого не выделяющий взгляд. Легкость в движениях, которую иным приходится вырабатывать годами. Ну или как она — родится и воспитываться среди первых лиц государства. Стала понятна и властность, и требование к подчинению, и непринятие понятий равенства и сотрудничества. Тут либо служишь, либо враг. Вот только возникала такая маленькая проблемка… со мной она вела себя по-другому.