Граф Суворов. Том 4

Коих мы с Багратионом легко вспомнили, промыв косточки и Британской короне, и Свободным Штатам Америки, и Черному королевству Африки, и многим другим, кто мог и хотел оказать влияние на Россию. Хотя оба сошлись во мнениях, что главные проблемы любой крупной державы — конфликт внутри элиты и между правительством и его подданными. В результате договорились до того, что любой человек в государстве должен быть сыт, обогрет и занят своим делом. А остальное как-нибудь само сложится.

Распрощались мы с Константином почти по-дружески, договорившись обязательно встретится после турнира, чтобы обсудить изменившуюся повестку.

Хотя, когда он ушел, я сумел признаться себе, что принц Грузинский совсем не так прост, как хочет казаться. Вот вроде душа на распашку, но при этом знает куда больше, чем показывает, и интересуется вещами далекими от спорта.

Проведя несколько минут в раздумьях, я даже понял, что это вполне могла быть проверка на лояльность. Не очень понятно кому, при той позиции что придерживался Багратион, но однозначно прощупывание почвы.

Главное, что он отчетливо выразился и последовательно придерживался позиции блага для простых людей. Не дарников. Что в этом мире означало «не аристократов».

И все же восстания лже-царевичей… как бы они не перешли во что-то более опасное и масштабное. Особенно если Екатерина проиграет и народному возмущению некуда будет выйти иным путем.

Глава 10

— Ее благородие Мария Петровна Холодец. — раздалось от появившегося в водопаде прохода, и я с удивлением увидел преобразившуюся Мальвину.

Властность — вот то единственное слово, которым можно было описать внешний вид и манеру держаться Мальвины.

Впрочем, и на куклу из сказки про Буратино и золотой ключик, она стала совершенно не похожа. Смыв синюю краску она стала почти пепельной блондинкой, а оставшиеся голубые блики в волосах не казались чем-то противоестественным. В ее сегодняшней маске не было надменности, девушка улыбалась вежливо, и мне показалось даже искренне.

Но в то же время ее голубые глаза разили холодом.

— Оставьте нас. — потребовала Мария, и Наденька, склонившаяся чуть ли не глубже чем при визите Багратиона, тут же спряталась с противоположной стороны. Строганов с удивлением посмотрел на девушку, затем перевел взгляд на меня, и дождавшись кивка вышел следом за горничной.

— Приветствую, ваше благородие. — улыбнулся я, чуть поклонившись, на что Мальвина неожиданно сделала глубокий реверанс.