Граф Суворов. Том 9

Личный транспорт князя оказался роскошным, конечно, по меркам военных внедорожников. Мы с Ингой и супругой разместились в кузове, рассчитанном на восьмерых пехотинцев или четыре резонансных доспеха, а адъютант с шофером — в кабине. Так что, закрыв пуленепробиваемое стекло, между нами, мы могли гарантировать приватность разговора.

— В чем дело? — спросил я, дополнительно поставив непрозрачную сферу защиты. — Что-то случилось?

— Можно и так сказать. — нахмурившись ответила Инга. — Вчера на мое родовое поместье было совершено нападение.

— Неизвестными? — уточнила Мария, когда девушка замолчала.

— Если бы. Называют себя Освободителями Сибири, хотя по факту обычные бандиты и разбойники. — гневно проговорила княжна. — Они не сумели сжечь главный особняк, там несет дозор соратник и друг деда — барон Кузнецов. Он отогнал противника, но отходить далеко не решился, в результате они пожгли и поломали теплицы, единственная возможность выращивать овощи в условиях северного урала.

— Чем это грозит вашим людям? Голодом? — уточнил я.

— Пока такой опасности нет. Конечно, цены на продукты подскочат, но я объявлю субсидии, для поддержания обычных граждан. — ответила Инга. — Это не решит проблему в корне, но поможет продержаться до весны. К сожалению, это только половина проблемы. Эти «освободители» атакуют конвои с продуктами, это действительно опасно.

— У вас совсем не осталось флота? — уточнила Мария."

"— Дед увел все на защиту Екатеринограда а после — на юг. Вернулось только пара катеров.

— У вас полторы тысячи миллионов гектаров земель, естественно их не защитить парой катеров. — чуть нахмурившись ответила Мария. — Вот только… сколько на них живет жителей? Тысяч триста? У вас же в основном вечная мерзлота?

— Да. Несколько нефтяных и газовых месторождений, но в основном в условиях крайнего севера. — ответила Инга со вздохом.

— Чего добиваются «освободители» уже понятно? Они выдвигали какие-нибудь требования? — уточнил я.

— Да, они появились как небольшое движение из младшего дворянства, в основном личного, и не имели политического веса или физической силы. — проговорила княжна Лугуй. — Но после открытия месторождений их голоса стали громче.