В любой другой ситуации, но не со мной конкретно. Столь сильный Архимаг владеющий «Императорской Дланью» слишком ценен для Империи. Мне уже сейчас многое спускают с рук, а в дальнейшем можно будет вести себя столь же нагло, как и Потёмкин.
Понимал ли это Грубов? Понимал, но всё же рискнул. Просто я же показал, что не прощаю обид и глава Канцелярии знал, что рано или поздно за свои действия по отношению ко мне он получит стократное возмездие. Поэтому он хитрил, проворачивал махинации в надежде на то, что ему простят всё или хотя бы не лишат жизни.
— Что ж, я понял позицию государя. Но его решение о лишение Грубова статуса слуги его рода не отменяет того факта, что мне нужна его голова. Как в прямом, так и переносном смысле. Этот человек должен ответить за свои действия передо мной.
— Государь предлагает некоторую альтернативу. Привести Грубова!
Тут же после отданного приказа двое крепеньких мужчин вывели Грубова к нам. Мда, выглядел бывший глава Канцелярии неважно. Как минимум последние сутки ему пришлось тяжело, это точно.
— Государь желает, чтобы Грубов принёс вам пожизненную клятву верности. Он и его семья станут вашими верными слугами, их жизни будут в вашем полном распоряжении. Всё же этот человек несколько лет был главой Тайной Канцелярии, у него есть определённый опыт и навыки, что могут показаться вам полезны. Так что зачем его просто так убивать если он ещё может принести пользу?"
"Вот оно что. Признаю, логика в действиях Императора присутствует. Можно даже поаплодировать тому, как он решил повернуть эту ситуацию в нужную ему сторону.
И самое главное, что при этом учитываются интересы всех причастных к этой ситуации. Все смогут сохранить лицо и даже получить определённую выгоду.
Что ж, согласимся с этим предложением. Но я всё же внесу определённые коррективы в это действо…
— Я согласен, — сказал я, а затем посмотрел на Грубова. — На колени.
Тот тут же упал мне в ноги и начал клясться. Я молча выслушал его и когда неожиданно почувствовал тепло от огненной стихии, что закрепляла данную клятву то положил свою правую руку на голову Грубова.
— Я принимаю твою клятву. Твоя жизнь отныне в моих руках. Поэтому — умри.
Мужчина не успел даже толком удивиться, а он уже вспыхнул как спичка. Его крик оборвался практически мгновенно. Уже мёртвое дело Грубова упало на асфальт и продолжало гореть. Из-за запаха палённого человеческого мяса меня чуть было не вырвало, но я смог выдержать это. Финал этой истории не должен быть испорчен какими-либо мелочами.
