Гримуар темного лорда I

И когда зрение ко мне полностью вернулось, я увидел, что позицию охотников атаковали сотни, если не тысячи, жнецов. Тяжелые орудия БТРов не смолкали. Гремели разрывы гранат. Охотники вели очень тяжелый бой. Рядом с местом, где стояли я и Баринов, вспахивая землю врезались несколько шипов жнецов.

— Надо уходить! — положив мне руку на плечо, сказал Баринов. — Здесь их уже не удержать.

Я отпрыгнул от его руки, поняв, что он собрался переноситься, и когда обернулся успел увидеть удивление в его глазах. А потом он исчез.

Сам же я достал из подсумка последний магазин и зарядив его в автомат начал стрелять, прокладывая себе путь к островку, где ещё отстреливались охотники. Вокруг последней баррикады из машин было полно трупов существ. Гранаты одна за одной летели в места их скопления. В ответ в них летели шипы. И пока я пробирался к ним с тыла, видел, как несколько мужчин упали, пораженные шипами. Охотники заняли круговую оборону рядом с бронемашинами, и стреляли из всего, что у них было.

Мне оставалось метров десять, когда рядом с собой я увидел тело военного, под которым лежал пулемет.

Я перекинул автомат за спину, и забрал пулемет из уже начавших окоченевать рук.

Открыв огонь, сразу обратил на себя внимание выживших охотников. Я оставлял целые просеки в местах, куда направлял дуло пулемёта.

— Какого хрена ты здесь делаешь⁈ — закричал Некрасов. Он быстро помог мне сменить пулеметную ленту. — Где маг?

— Сбежал, — ответил я. — Но чёрт больше не угроза.

В этот момент рядом с нами раздался взрыв, из покорёженных обломков БТРа показалось два кошмара.

Я начал садить в них не жалея пуль. Упокоив их, я не сразу заметил, что шипы стали бить рядом со мной, и стоило мне об этом подумать, как один угодил мне в плечо.

— Аааа, — сжимая пулемёт одной рукой закричал я. Рана была неопасной, но кость по-любому задета. Боль была ужасной!

— Костя, я понимаю, что больно, но твой ствол нам ещё нужен! — как бы я не терпел, но боль была очень сильной и на моих глазах появились слезы. Тем временем дядя Степа продолжал.

— Я буду держать пулемёт, а ты стреляй.

Существа, словно ополоумевшие, перли на нас. Через минуту я понял, что ещё немного и пулемёт от перегрева просто заклинит.

— Гранаты! — закричал я во всё горло."

"Через десять секунд раздались взрывы. За это время дядя Стёпа снова сменил мне пулемётную ленту. И я начал снова садить. Обзор закрывала гора существ. Что же касалось боли, то я перестал её чувствовать. Я был опьянён количеством разлитой энергии смерти.