Разбираться, на что они были зачарованы буду, когда вернёмся в подземелье. А пока мы всё складывали в рюкзаки.
После этого мы решили отправиться на охоту. Правда, прежде чем идти в сторону леса, мы дошли до огромного дерева, под которым я когда-то оставил Нарышкину. А рядом находились сильно поврежденные вертолёты.
— Чей это герб? — спросил меня Гена.
— Забудь, что видел его, — серьёзным тоном ответил я.
— Я сказал что-то не так?
— Нет, — вначале сказал я. Немного подумав, изменил ответ. — Да. Ты задал опасный вопрос, из-за которого у тебя могут быть проблемы.
— Что ты имеешь ввиду?
— Ген, в данном случае твоё любопытство неуместно. Иии… — задумался я. — Для твоего же блага, я возьму с тебя клятву на крови.
Подросток некоторое время смотрел на меня. Я думал он возразит, но вместо этого он сказал.
— Я верю тебе. Если бы не ты и Света… В общем, мы бы уже погибли. Так что, если ты говоришь, что так будет лучше для меня, для нас — я доверяю твоему мнению.
«Очень по-взрослому ответил Гена. Хотя, чему я удивляюсь? Приютские быстрее осознают реалии жизни.
» — потрепав волосы на его голове, я полез в опрокинутый на бок вертолёт.
В оружейном ящике я нашел шесть АК-74М. Брать все не было никакой необходимости. Поэтому, пристегнув ремни к четырём автоматам и забрав все магазины, я передал их Гене.
После чего стал складывать в рюкзак цинки с патронами. И каково было моё удивление, когда я увидел цинковую коробку, на которой золотистой краской была выведена буква «А». Так обозначали артефактные пули.
Были и другие обозначения. Например, артефактные пули с рунами огня имели надпись «АОг», с рунами воды — «АВод». Обыскав вертолеты и проверив их диагностическими чарами, больше артефактных боеприпасов я не нашёл.
Но я и так был рад своей находке. В прошлый раз я не увидел этот цинк. Видимо, он был где-то спрятан, и когда существа разбивали вертолёты, цинк вылетел из какой-то секретной ниши.
В итоге я положил себе в рюкзак три коробки цинка. Две с простыми патронами и одну с артефактными.
В лесу мы пробыли до темноты. Нашей добычей стали три глухаря и один заяц. И уже при полной темноте мы уставшие, но очень довольные, вернулись обратно.
Гена, стоило нам дойти, прислонился к стене и вырубился спать.
— Умаялся мальчонка, — по-доброму произнёс Никита. Он взял автомат в руку, понюхал его. — Ещё в оружейной смазке. А патроны к нему есть? — Я достал из рюкзака три цинка. И было сложно не обратить внимание, как Никита остановил взгляд на цинке с буквой «А».
