Гримуар темного лорда V

Чуть позади стоял Баринов. Наши взгляды встретились, и мне даже не надо было применять эмпатию, чтобы понять, как сильно он меня ненавидит. А ведь он ещё не знает, как прошло знакомство с его родичем. Кем он приходился Баринову я не знал. Но вроде бы Стас был из главной ветви. Хотя этот момент надо уточнить.

Нарышкин вышел в центр, вместе с супругой и Натальей. Именинница была прекрасна. Длинные, пышные черные волосы отливали неестественным блеском. Длинное красное платье, которое придавало образу Натальи утончённость… Веселые искорки в глазах, которые смотрели только на меня.

— Отец решил, что о помолвке объявим в момент вручения подарков. Хорошо?

— Да, — ответил я. Тем более ждать уже было совсем недолго. Столы уже давно накрыты, и я нет-нет замечал, что гости проходят рядом с хозяйским столом старясь понять, кто удостоен чести сидеть с ними рядом. Понятно, что рядом будут Романовы. Но кому предназначались ещё пять мест оставалось только гадать. И только семье Нарышкиных и нам была известна правда.

Глава 16

Глава 16.

Очередь из гостей неуклонно подходила к концу. Какие только подарки они не дарили. Наташа принимала их, а слуги убирали на столы, которые были расположены за её спиной. Золотые, серебренные, платиновые украшения; картины; простенькие артефакты; камни силы до третьего разряда (после бойни в Москве цена на них немного упала, но всё равно была высокой); акции зарубежных и отечественных кампаний; и много другое.

Прошло больше двадцати минут. И наконец-то наступила моя очередь! Открыв коробку, я отчётливо услышал вздохи, наполненные восхищением.

— Граф Селезнёв, это очень дорогой подарок, — словно из ниоткуда появился Александр Нарышкин. Он встал рядом с дочерью и ненадолго задержал взгляд на украшениях. — Уж не руки ли моей дочери Вы просите?

Со всех сторон гости стали перешёптываться. Уверен, до многих дошло, что это всё спланировано. Все внимательно смотрели на нас и ждали продолжения.

Ещё «вчера» я был никем, а сегодня делаю предложение не кому-то, а деве из Великого рода.

— Да, — ответил я.

По мановению руки к Наталье подошли слуги, и помогли надеть диадему и ожерелье. Яркое изумрудное свечение очень удачно контрастировало с её лицом и платьем… Некоторое время я не мог отвести от неё взгляда. Но стоило слугам отойти, как девушка встала рядом со мной, и мы опустились на колени.

— Просим родительского благословения, — одновременно произнесли мы.

— Благословления? — наигранным тоном спросил Нарышкин.