— Долго будешь пялиться в камень? — спросил принц. — Пошли давай.
Несмотря на близкое соседство с рекой, в пещере было сухо. Егор создал несколько светляков, и я увидел, что мы находимся в круглом помещении. Складывалось такое чувство, что проход просверлили очень большим сверлом. Однако, когда я присмотрелся получше, понял, что камень имеет кристаллические следы, очень похожие на стекло. А значит проход сделали с помощью очень высоких температур."
"Пройдя метров десять-пятнадцать, мы оказались перед ведущей вниз каменной винтовой лестницей.
И по ней мы спускались около пяти минут.
— А река перед любым человеком будет раздвигаться? — спросил я у Егора.
— Нет, — тут же ответил он. — Только перед теми, у кого есть кристалл. А что? Решил наведаться сюда один?
Я почувствовал, как он напрягся.
— Обещаю, что в это место я без тебя или твоего разрешения не приду.
— Снова не врёшь, — с запозданием ответил Егор. — Знаешь, с тобой становится неинтересно общаться.
— Это почему?
— Потому что я привык к вранью, корысти, зависти и многим другим низменным чувствам и вещам.
А ты словно не от мира сего.
— Кристина как-то мне сказала, что вашу магию крови можно воспринимать и как дар, и как проклятие.
— Да, я слышал от неё такие слова. Просто, я использовал наш дар для обольщения девушек, тогда как она для управления государственным механизмом. Из-за чего ей приходилось чаще сталкиваться с негативной стороной нашей магии.
Мы спустились вниз и, пройдя ещё один круглый коридор, оказались у большой двери из лиственницы.
Рядом с ней стояла идеально ровная каменная плита, в изголовье которой был конусообразный предмет. Егор прикоснулся к нему, и почти сразу по помещению прошлась алая вспышка. После чего принц нарисовал на плите какой-то символ. И после того, как он впитался, от дверей раздался стук. Но сами створки остались неподвижны.
— Если этого конуса коснётся человек, в чьих жилах нет крови Романовых, то умрёт в ужасных муках. — Он посмотрел на кристалл, который был на моей шее. — А любой, у кого нет ключа, потеряет сознание и не придёт в себя пока его отсюда не вынесут.
— Проверяли? — спросил я.
— Ага, — ответил принц. — Нашёл записи одного Романова, жившего в девятнадцатом веке. Насколько я понял, у моих предков появились сомнения в безопасности библиотеки. В итоге ему поручили провести эксперимент. Он привёл пятерых бунтовщиков. Ну… а дальше ты и так догадываешься, что было.
Егор подошёл к дверям и, навалившись на них своим телом, открыл их.
