И хоть эти две темы близки, я хочу обсудить вопрос, ради которого пришла к тебе. — Я кивнул. — Кость, не спорю, я сама сильно напортачила. Наши отношения… — сделала она паузу. — назвать нормальными просто невозможно. В своё оправдание могу сказать, что тогда я думала, что поступаю правильно. Однако, с недавнего времени я в этом не уверена.
— Наташ, ты хочешь попробовать снова? Ты и я? — спросил я.
— Да, — не раздумывая ответила она. — Я понимаю, что за последнее время мы сильно отдалились друг от друга.
И меня не оправдывает то, что в подпространстве Гримуара время движется быстрее. Но именно это обстоятельство послужило тому, что я сошлась с Селестой. Ментально мне уже не двадцать пять лет. И я уже не та наивная девочка, что была с тобой на Элронии. Я смотрю на многие вещи иначе, но, — посмотрела она мне в глаза, и снова положила свою руку на мою, — наша магия тянет меня к тебе. — Убрав руку она продолжила. — Ты был моим первым, а я твоей, — посмотрела она мне в глаза. — И я читала, что такой феномен редко, но происходит между одарёнными, имеющими одинаковую предрасположенность.
Честно, когда моя душа вернулась в тело, я думала, что мы никогда не будем вместе. И я очень благодарна за то, что ты не давил на меня. Даже когда появились эти молнии, и ты всё понял, то дал мне время разобраться в себе. Кость, я не требую ответа прямо сейчас, но прошу, не затягивай с ним. Хорошо?
— Хорошо, — ответил я. А сам подумал, что у женщин вероятно есть какая-то чуйка выбрать самый неудачный момент для того, чтобы жизнь сахаром не казалась.
После этого весь завтрак мы просидели в тишине. Когда я поднимался из-за стола, в столовую вошла Селеста. Вид у неё был мягко говоря растрёпанный. Одного взгляда на её лицо хватило, чтобы понять, что она находится не в самом лучшем расположении духа. Поэтому я не стал задерживаться и, пожелав ей доброго утра, направился в свою спальню.
Только вечером я узнал от Марины (служанка принцессы), что Селеста и Наташа со вчерашнего дня спят в раздельных спальнях.
И это объясняло настроение Селесты и произошедший разговор с Наташей.
Оставив на потом ситуацию с «благоверной», я обдумывал, как поступить с Кристиной. В итоге пришёл к выводу, что у меня нет никаких прав решать за неё. Кристина дорогой для меня человек, и имея знание как её исцелить, я обязан поступить правильно.
Зелье варилось три дня. Однако рецепт требовал очень кропотливого отношения.
