Гром над Тьмой. Часть 4

И все они сосредоточены тут, в этом мире, что является мостом, соединяющим наш со всеми остальными. Что ж, есть мост, есть и взрывчатка. Ща я вам тут устрою армагедец, апокалипсец и полный писец!

Рванув в разные стороны, со стоном начали расходиться пласты земли, открывая огромный разлом, что ширился с каждой секундой. Я, чувствуя чудовищную нагрузку, упрямо продолжал разрывать тело мира, подбираясь к его ядру.

К счастью, копать было не очень глубоко. Поэтому, делая небольшие перерывы, спустя минут десять огромного напряжения я увидел свою цель — огромное, диаметром с пару километров ядро — сердце мира.

Оно было слабым, почти потухшим, но все еще активным.

И тогда в моей руке возник шар, в котором сплелись в тугой клубок все стихии. Он сиял, переливался разными цветами и был красив той опасной красотой, которой хотелось любоваться, но которую не хотелось трогать. Влив в него почти половину запасов из источника, чего хватило бы, чтобы напрочь стереть с лица земли большой город, я резко выдохнул и кинул его вниз.

Его полет был медленным, я бы даже сказал, ленивым и неумолимым, как сама смерть. Да что там, он и был этой самой смертью. А я, мысленно стукнув себя по голове, рванул вверх, за пределы мира. Находиться тут сейчас было опасно даже для меня. Но и уходить я не хотел, пока не увижу результат своих действий. Я ведь люблю фейерверки и все такое. И оно того стоило!

Столкновение моего шара всех стихий и ядра планеты было эпичным. Сначала он просто влетел в него, растаяв без следа, и где-то с минуту ничего не происходило.

Я уже совсем было собрался создавать новый, когда все-таки заметил начавшийся эффект от их встречи.

Ядро начало расти. Сначала медленно, потом все быстрей и быстрей. Оно увеличивалось, постепенно меняя свой цветот бледно-красного до желтого, а потом белого. Оно напоминало сгусток плазмы, заключенный в тесные границы шара и стремящийся вырваться наружу. Вскоре давление стало критичным — и ядро лопнуло.

Даже до меня, находящегося на огромной высоте, донесся отголосок эфирного шторма, поднятого взрывом.

По всей поверхности земли побежали трещины, разрастаясь и углубляясь. Повсюду слышался треск, разрывы росли и в какой-то момент все сначала будто замерло, а потом раздался легкий, как мне показалось, хлопок... И мира не стало.

Даже обломки его бесследно испарились, хотя я думал, что они останутся. Поднявшийся эфирный вихрь я перехватил и стал щедро вливать его в прореху эгрегора Земли.