Гром Раскатного. Том 3

И вскоре, таргурум купился на вкусняшку и пошел на меня, пожирая жареных птиц.

— Цыпа-цыпа, — начал я подзывать демоноида и отходить из-под ЛЭП, когда тот вышел ко мне на опушку. — Цып-цып-цып. Иди ко мне, мой хорошенький, сейчас я буду из тебя жаркое делать!"

"Когда таргурум увидел меня, а точнее, обратил внимание, его песенка была спета. Мои ножи уже были подкинуты в воздух и направлялись в нужное мне место. Они вонзились в землю прямо под ЛЭП, а я развернулся и побежал дальше. Кабан среагировал так, как и должен был, ринулся на меня, но не добежал.

Когда он пересек мою воображаемую линию между ножей, с рукоятей ножей вылетело два импульса, которые ударили кабана в спину. Одновременно с этими импульсами, Стрелка, которая сидела на высоковольтном кабеле, открыла рот и выпустила молнию, подпитываемую магической электростанцией. Но этого было мало.

Тогда мой верный фамильяр перекусил высоковольтный кабель и уронил его прямо на тушу. А уже там…

Я бил своими молниями и одновременно направлял магический ток в тело кабана от ЛЭП.

Кабан сгорел за десять секунд.

Но когда я подошёл к телу, на опушке стало ещё больше людей.

«Ой, блин…»

На меня выла Тамара Верескина со своей группой Устранителей.

— Бабасов, — удивленно пролепетала девушка. — То есть, Раскатный. Ты…

— О, здрасте, госпожа лейтенант Верескина.

* * *Эльдар Зарикович Пуришкевич

Эльдар уже почти не реагировал на внешние раздражители, потому что находился под капельницей. А вот раздражители в роли двух его сыновей яростно спорили друг с другом и пытались наперебой жаловаться отцу на Раскатного.

Когда они поняли, что папа просто не слышит их, они начали доносить на тщетность бытия прибывшему в палату Евгению Александровичу Боровину, который слушал их в полуха.

— … он охреневший щенок! — рычал Руслан. — Ему вообще наплевать на все правила! Пора его кокнуть!

— Казнить, да, — поддержал младшего брата Коля. — А потом еще дать по шее Распутиным. Заберем у них Катю, посадим ее в подвал и поставим Семена Семеновича на счетчик.

Братья засмеялись, и в этот момент действие морфия закончилось. К Эльдару вернулось уныние и раздражение, в частности, на голос своих сыновей.

— Дебилы! — констатировал факт Эльдар Зарикович с криком. — Ничего вы не можете, пустоголовые!

— Пап…

— Я не понимаю, как я вас носил в своих яйцах, — Эльдар сел в койке. — Лучше бы вытер вас об занавеску и не стыдился, что вы мои дети.