Гром Раскатного. Том 4

Взял её вещи и проводил в усадьбу. Я же наблюдал за всем этим через окно. И когда немного бледная девушка вошла на кухню, то…

В общем, Настя и Катя охренели, когда увидели друг друга в моём доме.

— Екатерина Семёновна, — первой заговорила Ежирова. — Приятная встреча, — у неё почему-то забегали глаза. — Я вот, угощаю нашего соседа! — она словно боялась чего-то. Ну, а может, мне просто показалось. — А вы какими здесь судьбами?

Катя покраснела мигом. Бледность ушла, но затем она выпалила с каким-то странным вызовом:

— Я? Я здесь вообще-то живу, Анастасия Александровна.

Глава 3

В глазах Анастасии виднелся вопрос, мол: «А какого черта происходит?»

Я не стал особо разглагольствовать, зевнул, прикрывая рукой рот и скромно заявил:

— Да, все верно. Екатерина Семеновна на лечении рода Раскатных. Так сказать, вынужденные меры.

— Вынужденные меры? — задумчиво процитировала меня Ежирова. — Лечение… с каких пор, вы, Георгий, доктор?

— А с чего ты взяла, сударыня, что я лечу? — я усмехнулся в ответ. — А вообще, это родовой секрет.

Настя хмыкнула на мои слова, но уходить сразу не стала. Посидела с нами в гостиной, пока я кушал. Пилила взглядом Катю, но ничего не говорила. А затем, все же, душа поэта не выдержала тишины:

— Что же, — она встала с кресла, расправила волосы и закончила: — Я, пожалуй, пойду.

Сказала она это как-то уж больно недовольно. Но никто спорить не стал, и уговаривать остаться — тоже. Хотя она, судя по ее поджатым губам и взгляду, хотела остаться.

Странная девушка. Очень.

Когда Ежирова уехала, я начал показывать дом Кате. Она была поражена новому ремонту, учитывая, что она была осведомлена о случившемся с моей усадьбой. Тут, видимо, разведка Распутиных работала очень хорошо.

Но на все вопросы, мол, как быстро отремонтировали дом и во сколько обошелся сам ремонт, я отвечал загадками. Не хотел раскрывать всех своих козырей, а особенно, что с капралом Фантомом мы в хороших отношениях.

Когда пришла пора показывать Распутиной ее комнату, девушке поплохело. Она побледнела, прикрыла глаза и начала сползать по стене вниз. Подхватывая сударыню, я отнес ее до постели, бережно положил и для вида поставил рядом один из своих модулей.

— А оно здесь зачем? — она прищурилась. — Эта штука для чего?

— Лекарство, — слукавил я. — Как вы себя чувствуете, сударыня?

— Слабость, — зевнула она.