Гром Раскатного. Том 5

— И что? — усмехнулся Рубцов. — Гормоны играют в этом возрасте, сами знаете!

— Играть-то играют, но думать об этом — это одно, а так… — я повернулся, холодно посмотрел на Рубцова и протянул: — Это незаконно, если ты не знаешь.

— Владеть родом в семнадцать лет, — усмехнулся Рубцов. — Тоже незаконно. Но вас же, шеф, это не мешает. Верно?

— Вот чего ты прицепился, а? — я посмотрел в его глаза, а затем отвернулся. — Сам-то… почему до сих пор холостяк, а? Возраст-то уже, такой, не маленький.

Он ничего не ответил. Я опять повернулся к нему и невольно усмехнулся.

Рубцов изменился в лице, сжал губы и уставился в одну точку пассажирского сиденья перед ним. Он явно не ожидал такого поворота.

— Ну, кому-то это и не надо, — уклончиво ответил он. — Я ведь не обязан это делать, не будучи главой рода.

— Ну, ладно, отмазался, — рассмеялся я. — Но ты это, подумай. Оставить там после себя частичку себя… заиметь сына.

— Всё, я понял, Георгий Игоревич, — глухо отозвался Рубцов. — Больше эту тему поднимать не буду.

Нам пришлось сделать крюк после приезда на фабрику. Черепа там не оказалось, но, как нас заверил начальник производственного цеха, этот «хрен», с его же слов, постоянно ошивается в стриптиз-клубе: «Бархатные лапки».

Сам Череп редко появляется на фабрике, и то только в дни выплат, чтобы распределить доход себе в карман. Сука.

Его управлением никто не был доволен. Люди не видели отпусков, увольняться нельзя было под страхом смерти, и в целом, он тут мутил всякую дичь. Бизнес не развивался, как и Слютников, сырьё заказывал третьесортное, что сказалось на качестве, и в общем…

Меня там очень рады были видеть.

А когда коллектив, рабочие там и руководители узнали, что фабрика вернулась к Раскатным, и Черепа я выкину отсюда, так и вовсе — закричали ура.

Ах, и ещё… на пункте охраны было два головореза этого бандита. С ними пришлось решить всё быстро. Не оставляя и шанса.

Стриптиз-клуб «Бархатные Лапки», как оказалось, тоже принадлежал Черепу.

Он использовал это «официальное» место для прикрытия своих дел.

Спокойно торговал запрещёнными веществами, провозил через границу роскошных дам на подработку, и в общем, паразитировал. Налоги, к слову, он платил, чтобы его особо не трогали, но, разумеется, большую часть своего дохода он не учитывал.

На входе в это двухэтажное здание, полное похоти и разврата, нас встретил персонал. Точнее, меня и Рубцова. Гвардейцев мы решили оставить в машине, чтобы они особо внимания не привлекали. Надо будет? Свистнем.