Гроза ада (БЕСсильный чемпион) [Компиляция 1-7]

— Эти ваши «розовые закаты» отправятся туда?

Новое оскорбление заставляет правый глаз Аяно задергаться. Он ничему не учится!

— «Красные зори», — мягко поправляет цесаревич. — Конечно, отправятся, в их задачах убийства шахов и диверсии.

Мерзавец кивает своим мыслям.

— Я согласен только на время Афганской кампании. Считайте это вашим и моим испытательным сроком.

— Договорились, — пожимает плечами цесаревич. — Вскоре ты сам захочешь у нас остаться.

«А не захочешь, тогда твой труп останется в песках пустыни» — мстительная мысль заставляет Аяно оскалиться.

Но мерзавец снова застает ее врасплох. Закрутив Камнем над головой, Артем делает шаг вперед. Нет, нет! Только не опять! Что тебе еще от меня надо? Только попробуй дотронуться до галунов! Видит Сварог, я не выдержу и проткну твою наглую физиономию.

За секунду клинок катаны оказывается отведенным в сторону, а мерзавец — слишком близко.

— Осторожнее, командир, — тихие слова ошпаривают ее губы и нервы, словно студеные волны.

В следующий миг за спиной Артема раздается оглушительный взрыв.

Саму Аяно закрывает мерзавец, но цесаревича ударная волна заставляет пошатнуться и прислониться к стене. Вокруг разлетаются куски бетона, ревет пламя.

Камень Солнца, понимает Аяно. Мерзавец взорвал наружную стену броском рубина. Вызванный резким вращением пучок излучения освободился и снес преграду. Вандалистское обращение с артефактом? Бесспорно. Но волнует японку совсем другое.

«Он заслонил меня от взрыва? — девушка хлопает глазами. — Почему?»

— Надеюсь, сработаемся, подполковник, — с ухмылкой парень отступает и сигает в пустоту на месте стене.

Подойдя к краю пропасти, Аяно ищет глазами своего дерзкого новобранца. И не находит. Лишь лес и ночь.

Холодный ветер развевает ее черные волосы, а губы до сих пор горят отпечатком дыхания наглеца.

Глава 2. Разоблачение паутины

Играет вальс. Цокая каблуками, по краю танцпола проходит Вика Журавлева. Красные волосы собраны, загорелое лицо сияет белоснежной улыбкой.

На нее оглядываются.

Стройное тело девушки, обтянутое синим платьем, словно плывет по ресторации. На плечах бархатный голубой палантин. Лишь одно выбивается из образа элегантности. То, как высокие белые перчатки обтягивают мускулистые предплечья.

«Перекачалась, — с огорчением думает барышня, потирая руки. — Бес не оценит. Блин, меньше на тренажеры надо было налегать. Но на этих источниках тоска же смертная!»

Вечером в зале ресторации устроили бал для отдыхающих благородных.